Доктрина спасения

Взялась рукой за древко чего-то, напоминающего крестьянский серп на длинной рукояти, разве что дуга шире и сама полоса металла тяжелей, массивнее. Клинок, к сожалению, как и обычный серп, заточен только с одной стороны, внутренней. Другую даже заострить не получится как следует – на ней вбита широкая полоса меди и проточен дол. Баланс хромает… собственно, как и у алебард обычно. Только в другую, противоположную удару сторону.

Вес хороший. С глефами сравнимой тяжести я занималась у Айви. Копья с корабля, изготовленные у мардов, на фунт тяжелее – так у них и предназначение изначально другое: не копья, а, скорее, гигантские стрелы.

– Готова, – бросила я, поглаживая древко. Горбовой задумчиво осмотрел орудие убийства, затем кивнул тощему рабу, все это время молча ожидавшему приказов:

– Броню.

«Он потребует облачиться в доспехи. Не обольщайся – там одно название. Каусс не особо заботится о соблюдении каких-либо защитных мер»

«Ты так говоришь, Чака, как будто каусс – некое живое существо»

«О-о-о… ты убедишься в этом сама, серая.

Я и не особо обольщалась, спасибо однорукой сокамернице. Но лишь то, что за последние несколько минут я буквально выбрала весь предел удивления, отпущенный на ближайшие сутки, заставило сохранить каменное выражение лица. Раб достал из ящика в углу набор толстых кожаных лоскутов, лишь кое-где снабженных ремнями. Конечно, они были богато украшены и кое-где проклепаны металлом, однако суть их явно не в защите.

Вот это – определенно браслеты. Несколько полос дрянного металла на толстом кожаном наруче – можно отразить легкий клинок, а вот мощный удар разрубит вместе с рукой. Обуви нет и, видимо, не предполагается. Юбка… вернее, то, что можно назвать юбкой при наличии некоторой доли воображения – четыре лоскута кожи, закрепленных на плоском ремне с толстыми металлическими пластинами. На бедрах потолще, сзади и спереди совсем тонкая кожа, и просветы между каждыми двумя почти в два пальца.

Конечно же, незнакомый умелец особенно тщательно проработал то, что в обычной броне является нагрудником или кирасой. Две полукруглые чаши, едва ли не наполовину обнажающие грудь, поверх нее к рабскому «воротнику» идут еще два тонких ремешка. Дополнительные ремни под мышками и на плечах. Достаточно сложная конструкция, застежек тут едва ли меньше, чем на полном воинском доспехе.