Доктрина спасения

Концентрируясь на том, чтоб не упасть во время ходьбы, иногда пропускаешь мелкие и незначительные детали вроде комнат, заполненных пленницами. Иногда добрые воины помогали мне кончиками копий, но не слишком сильно – так, мол, знай свое место, ушастая тварь.

Возникало смутное желание развернуться, схватить копья и повтыкать им в наиболее интересные места, однако самоконтроль – великое дело. Хоть в данный момент и приходится уделять ему намного больше внимания, чем обычно.

Все басни о самоконтроле магов правдивы хотя бы на долю – если ты не научишься дисциплинировать собственный ум, заклинания останутся тебе неподвластными.

Есть, правда, довольно неприятная особенность. Когда волшебник оказывается в месте, которое частично или полностью подавляет его силу, эмоции становятся бушующей горной рекой, которую смирить практически невозможно. Вероятно, на то, чтоб держать себя в руках, мы тратим, в том числе, крупицу своей Искры.

И, сколь бы мала она ни была, но в кандалах мне ее ощутимо не хватает.

Ярость, досада по поводу собственной глупости, обида, тоска по боевым товарищам… все смешалось в огромный спутанный клубок огня и молний.

Зато легче переносить боль телесную, что ни говори.

Двор – огромный круг с четырьмя колоннами, уходящими вверх. Две из них разрушены примерно до середины. Некогда с уцелевшими товарками они поддерживали величественный свод какого-то зала или перекрытие между этажами исполинской башни. Земля вымощена крупными булыжниками, успевшими потемнеть и схватиться зеленым цветом от времени, в углах пробивается трава.

Вдоль круга, по стене, неспешно прогуливаются трое солдат с мощными арбалетами. Идут порознь, примерно на одном и том же расстоянии друг от друга. Ага, это чтоб мы не вздумали, чего доброго, перебраться через стены. Хотя все щели между крупными булыжниками плотно замазаны раствором, так что и ступить негде – нужна кошка или абордажный крюк. Вдобавок еще конвой из четырех солдат и сержанта, чье присутствие убивает мысли о побеге на корню.

Завидев в центре площади небольшой костер, я толкнула Чаку в бок:

– А это зачем еще?

– Обжигать колья. Чтоб не ломались, – емко сказала рыжая.

В самом деле, у стены небрежно свалена куча палок различной величины. Видимо, для «тренировок». Если сломаются, обломки можно сразу бросать в огонь. Практично.

– У вас ровно два часа, – резко произнес сержант, затем подал невнятный знак своим бойцам, и они разошлись в стороны.