«Я слушаю, Лина…»

Или действительно не понимал истинную трагедию случившегося с ним этой ночью.

– Ты внимательней смотри, Лина! Что за костюм на тебе! С ума сойти можно! Такое можно увидеть только в журнале для стареющих женщин.

Боже! Какая неслыханная наглость! И я внимательно оглядела костюм – предмет моей бесконечной гордости. Строгий, очень дорогой, по-моему, английский. Он подчеркивал стройность моей фигуры. И глубину моих мыслей. И, безусловно, бескомпромиссность поступков.

Когда Филипп меня в нем увидел. Он даже поежился и сказал.

– Лина, каким я был идиотом! Я смел думать, что ты моя подчиненная. С сегодняшнего дня я у тебя в полном подчинении, Лина!

И первым делом, по-моему, он влюбился в мой костюм. И только потому уже в меня. Скорее всего его внезапно вспыхнувшая любовь означала некий протест против своей личной жизни. Его дочь и его жена никогда бы не одели такой строгий английский костюм. Они были совсем другими. Их дом не знал порядка вещей. Пожалуй, в их разуме и душе тоже царил полный кавардак.

И Филипп никогда не мог смириться с этим устоявшимся хаосом. Он искал последовательности, системности и логики в вещах и в чувствах. И нашел это во мне. И полюбил. Мы были удивительно с ним похожи. Но это не мешало нашей любви. Ей мешало совсем другое…

Мои грустные воспоминания утонули в воплях этого невоспитанного юнца.

– Лина! Ну, посмотри же, как здорово!

Он присел на корточки. И приподнял мою юбку гораздо выше колен. И его глаза лихорадочно заблестели.

– Ты сумасшедшая! – прошептал он. – Только сумасшедшие могут скрывать такие ноги.

Я не выдержала и пнула его ногой. Он не удержался, покачнулся. А я, гордо встряхнув головой. Поправляя на ходу свой дорогой костюм – предмет бесконечной гордости. Направилась к выходу. И в дверях слегка задержалась. И строгим голосом отчеканила:

– Знай своей место, Малыш. Давным-давно уже пора спать. Завтра. Нет, пожалуй, уже сегодня. Мне предстоит трудный день. Придется разыскивать одного негодяя.

Который убил свою девушку. Несмотря на то, что она была необычайно красива. И носила исключительно мини-юбки. Привет, Малыш!

Мои безжалостные слова попали в цель. И заставили его мигом опомниться. Он сразу же сгорбился. Поник. И стал менее симпатичен. Он поднял на меня свой затравленный взгляд. И буквально выдавил из себя:

– Вы ее знали?

Я не ответила. И бесшумно прикрыла за собой дверь комнаты. Где поселился непрошенный гость.