Убийство матери

И в Москве она не отказалась от этой привычки. В то время хороших людей было непомерно больше. Примерно, из расчёта десять к одному. Потом расчёт изменился: примерно, один к одному. И Анжелику стошнило стихами:

Мразь имеет цвет:

Чёрная, как мрак.

Мрази много лет.

Мразь имеет страх.

Нервов нет – дыра.

Дома нет – нора.

Затаилась мразь —

Собирает грязь.

Против правды – мразь.

Против чести – грязь.

Правда в мрази – ложь.

Чести в грязи – грош.

Мразь танцует вальс.

Учит жизни нас.

Мразь и Пушкин – бред.

Вновь убит поэт.

Чёрный – в мрази – снег.

Чёрный – к цели – бег.

Чёрный в небе след.

Человека нет.

В то время Анжелика писала по-русски. И думала по-русски, и видела русские сны. И любила тоже по-русски. В Алжире попробовала любить не по-русски. Получилось плохо и не понравилось. В Алжире было очень много любви, но какой-то иностранной. Анжелика там жила своей, русской жизнью. А любила плохо, не по-русски.

В Москве она любила тоже очень много, но очень хорошо.

Особенно много и хорошо она любила весной. И каждый день писала стихи:

В меня вошла весна, как Волга входит в Каспий,

Заполнив меня всю, от края и до края,

Чрез бестолочь и дрязги, чрез сутолоку, распри

Она прошла – победно – от марта и до мая.

Она коснулась сердца – и струны задрожали,

Излив поток мелодий, бурлящих, сумасшедших,

В мучениях и криках они любовь рожали

И в гимне воспевали дитя любви нашедших.

Во мне весна и сердце навеки обвенчались

И слились воедино в истоке жизни новой,

В тот миг тоска и злоба со счастьем повстречались,

В нём растворясь. И с сердца вдруг рухнули оковы.

Пришла пора – и май, увы, покинул землю,

Умчалась с ним весна в страну парящих снов,

Во мне – её дитя, его я крику внемлю,

А в нём звучат весна, надежда и любовь.

Иногда Анжелика любила всех. И тогда все любили её. Сначала ей казалось, что любви не было. Она не любила, а пела.

Где придётся. А потом начала любить. Но петь не перестала. Она по очереди пела, любила и писала стихи. Стихи были разные, но все – про счастье. Она повсюду искала идеальное счастье. Чтобы поделиться им с мамой:

Добрый день, моя родная,

В сторону отложив безделье,

Пишет дочь твоя шальная

Письмецо в рязанской келье.

Здесь, в брезентовой светёлке,

Что прижалась к краю поля,

Позабыв людские толки,

Упиваюсь жгучей волей.