Мужской стриптиз

Всего в автобусе сидело человек пятнадцать, из них – три женщины, та самая бабушка с пирамидой пустых ведер и тетки с китайскими сумками, типичные ларечницы. Тетки сжались в комок, другие пассажиры вели себя сообразно моменту. Одни лихорадочно прятали деньги, другие с огромным интересом смотрели в окно, третьи готовились платить.

– Братцы, наваляем им? – предложил сосед с заднего сиденья. – Я тех шакалов знаю, они живо очканут, если мы вместе будем. Молодняк, я вон с тем в спарринге был, ни хрена удар не держит…

Сергей узнал говорившего.

– Я – «за», – произнес Кушко.

– Вы сдурели? У них – стволы, – прошептал сосед справа.

Бывшие боксеры тем временем уже деловито собирали деньги.

– Этот старший у них… знаешь кто? – проснулся вдруг бывший майор Коваленко. – Семенов его фамилия. Он вроде как все лесопилки в районе держит, и в Архангельске ему кабаки платят…

– Ты-то откуда знаешь? – удивился прапорщик.

Но ответить майор не успел. Спортсмен с заднего ряда легко оторвался от кресла, пролетел несколько метров и врезался в ближайшего налетчика. Бил непрофессионально, но очень сильно. Голова у бандита дернулась вверх, зубы лязгнули, и секунду спустя он распластался в грязном проходе.

– Не дам, хоть режьте, не дам! – Бабка с ведрами мигом осмелела.

Сергей выпрыгнул со своего места и напал на второго мордоворота. Тот успел развернуться и полез в карман.

Кушко вложил в хук всю ненависть, накопленную за последние месяцы. Врезал так, что едва не выбил себе суставы, ободрал костяшки пальцев и сам не удержался на ногах. Бритоголовый со всего маху впечатался затылком в стекло. Он рухнул прямо на тетку с сумками, та завизжала и стала его отпихивать.

– Ах ты, гнида! – выматерился третий, до того карауливший выход. Он изобразил стойку карате и энергично взмахнул ногой.

Сергея заслонил дядька в потертой шубе, вскочивший с переднего кресла. Заслонил неудачно, от удара рифленой подошвой схватился за грудь, охнул и упал нашему герою на руки. Тем временем поднялся с пола бандит, опрокинутый спортсменом с заднего ряда. В кулаке его блеснул нож. Женщины завизжали.

– Вы что, сдурели? – крикнул кто-то.