Прекрасная, как река

Я последней закрыла за собой дверь нашего семейного дома, все еще испытывая злость из-за недавнего разговора и из-за того, что мать с бухты-барахты решила уехать от нас так далеко.

Она не разрешила нам поехать с ней в Сент-Огюст-сюр-Мер, объяснив, что ее встретят друзья. Мы с Этьеном впервые слышали, что у нее там какие-то знакомые, но поняли, что лучше не задавать лишних вопросов. Когда я возвращалась к себе домой, на маяк, меня не покидало ощущение, что она что-то от нас скрывает.

Следующие месяцы прошли так же, как все предыдущие семь лет.

В любую погоду я просыпалась в шесть утра и выходила на пробежку в лес, затем принимала душ, завтракала с моим парнем Фридрихом и шла на работу.

В тридцать лет я случайно оказалась в хосписе под названием Дом «Тропинка». Один из пациентов знал, что я художница, и его последним желанием было, чтобы я написала картину в его комнате. Очутиться наедине с умирающим было страшно, но я исполнила его волю. Так и получилось, что я полюбила это место благодаря Жерару Дюбюку, для которого писала здесь однажды зимним вечером.

И я до сих пор очень горжусь этой работой.

Долгое время я занималась всем подряд, предлагала помощь там, где в ней нуждались. С каждым годом я все чаще появлялась на общих собраниях, но больше всего мне нравилось писать перед пациентами.

Одним октябрьским вечером, во вторник, я работала в Доме, когда прилетело сообщение от Этьена:

Сначала я попыталась дозвониться Фридриху, чтобы он меня отвез, но постоянно попадала на автоответчик.

Вообще-то я и сама умею водить, но за город выезжаю нечасто. Когда я сказала Лие, что срочно должна ехать, она предложила отвезти меня. Конечно, можно было бы взять такси, но такого рода идеи редко приходят мне в голову. Меня кидает в холодный пот от мысли о том, что придется долго ехать и беседовать с незнакомым человеком в тесном замкнутом пространстве.

В машине я задавалась вопросом, как и почему мама оказалась в нашей больнице, в трех часах езды от ее дома.

Что, если она хотела устроить нам сюрприз своим приездом, но попала в аварию? Нет, вряд ли, мама никогда раньше не приезжала нас повидать. Я продолжала ломать голову до тех пор, пока Лия не высадила меня у дверей больницы.

– Припаркуюсь и догоню.

Я вошла и сразу увидела Этьена – он толкал перед собой инвалидную коляску. Его спина не давала разглядеть сидевшую в ней женщину. Мелькнула мысль: «Это не мама…»

Со дня ее переезда мы не виделись пять месяцев.