Соблазн быть счастливым

Она заметила, что я так и не отрываю взгляд от ее груди, и выдает лучший вопрос за весь этот вечер:

– Что скажешь, может, пойдем еще разок?

Я задумываюсь на мгновение и потом с серьезным видом киваю. По правде говоря, мне кажется, что тот хрен у меня внизу не совсем со мной согласен: неплохо поддерживать спортивную форму, но и перегружать мотор тоже неправильно. Вот только я не готов признаться в этом даже с Россаной. Поэтому я отвечаю:

– Давай, только сначала возьми что-нибудь и накрой это чертово зеркало!

Соевые котлеты

– Папа, открой, это я!

Я нажимаю кнопку домофона и так и остаюсь стоять, упершись взглядом в белую стену и пытаясь ответить себе на вопрос, который буравит мой мозг: что тут делает мой сын? Да еще и в такое необычное время? К счастью, когда я открываю дверь, он уже оказывается на площадке, с двумя пакетами покупок в руках.

– Здорово, – первым говорю я, – какими ты здесь судьбами?

Данте, не отвечая, закрывает ногой дверь лифта, улыбается мне и протискивается мимо меня, чтобы войти в квартиру, точнее сказать – на кухню.

Я иду следом, теряясь в догадках и ожидая объяснений. Он ставит пакеты на стол и снова мне улыбается. Только в этот момент я обращаю внимание на его одежду. На нем облегающие бежевые брюки, что-то вроде черных, с заклепками, сапожек на ногах и рубашка такого цвета, типа лососевого или кораллового, – короче, оттенка, всегда встречавшегося мне только на одеяниях старых тетушек или на картинках, украшающих всякие бесполезные безделушки, которыми те же тетушки наполняли свои жилища.

– У меня недалеко отсюда были дела, и мне пришла в голову мысль зайти тут у тебя в супермаркет и принести тебе кое-что из продуктов. Так тебе не придется таскать пакеты.

– Вообще-то можно заказать доставку, – это все, что мне удается сказать, и в тот самый момент, когда я произношу эти слова, я уже чувствую себя мерзавцем.

К счастью, кажется, он не обращает внимания на мои не самые любезные реплики, закатывает рукава рубашки и начинает выкладывать из пакетов продукты.

– Ну что, как поживаешь? Какие новости?

– Ничего нового, – бурчу я, глядя, как он уставляет стол продуктами, большинство из которых я не ем.

– Я не мог сообразить, что тебе нужно, и поэтому взял всего понемногу, – продолжает он как ни в чем не бывало.

Если и есть что-то положительное в наших встречах с сыном, так это то, что с ним мне не нужно притворяться, я могу быть самим собой – вечным ворчуном, каким я всегда и был.