Соблазн быть счастливым

– В твоем возрасте стоило бы уделять больше внимания тому, что ты ешь, – произносит она.

– Да, это правда, но готовка – одна из тех немногих вещей, что обычно делаются для других, а не для себя.

Она улыбается. Кажется, что все, что я говорю, поднимает ей настроение. Я не считаю себя особенно приятным собеседником, но она, однако, дает мне почувствовать себя вполне общительным человеком. В этом одно из ее достоинств, ее самое весомое преимущество (не считая сисек, разумеется). Благодаря Россане ты считаешь себя лучше, чем ты есть.

– Но у тебя есть семья, дети? Ты мне никогда об этом не говорил! Я знаю только, что ты был женат.

Это все потому, что мы сидим за столом – это он придал ей храбрости задать этот вопрос. На самом деле чувствуешь гораздо большую близость, когда сидишь вместе на кухне, чем когда лежишь вместе в постели.

– Да, у меня двое детей, – буркаю я, набив рот хлебом, которым я заедаю яичницу.

Мой ответ звучит резко, но она все же не отступает.

– Два сына?

– А мы разве не должны были говорить о твоих проблемах?

– Ладно, проехали.

– Сын и дочь. Хотя я, наверное, должен сказать «две дочери».

– В каком смысле?

– Мой сын – не такой, как все, – бросаю я небрежно и отхлебываю глоток вина.

На этот раз Россана не просто улыбается, она смеется вовсю.

– Что такое?

– Ты говоришь так, будто это не твой сын!

– А как мне, по-твоему, нужно говорить?

– У него кто-то есть?

– На самом деле он от меня это скрывает.

Она поднимается и достает пачку сигарет из шкафчика над мойкой. Я пользуюсь случаем и тоже беру себе сигаретку, хотя мне и не следовало бы курить – три года назад у меня был инфаркт. Слишком беспорядочная жизнь, как сказали врачи. Курение, алкоголь, недосып, неподходящее питание. Несколько месяцев я жил у Звевы, где она держала меня в черном теле – не дай бог было нарушить режим! – но потом мне осточертело изображать сына собственной дочери, и я вернулся к себе домой, где снова стал вести свою обычную жизнь.

– Мой сын потерял работу, – сообщает Россана немного погодя.

Я делаю затяжку и наблюдаю, как рассеивается дым в желтоватом свете маленькой лампочки под потолком. Помещение кухни – темное, с дряхлой мебелью и выщербленной кафельной плиткой. Атмосфера, в общем, гнетущая. Но, во всяком случае, кухня кажется чистой.