Мой прекрасный князь

Какой треш! У него и девчонки-то нет, куда там семью и детей. Нет, батю можно понять…

Мать отчудила, конечно. С собственным бывшим учеником ребенка заделала. За что и огребает почти восемнадцать лет… Ладно, фиг с ней. Сама разберется, не маленькая. А ему надо о себе подумать…

Когда Яр пришел в клуб, Игорь был уже на месте и поспешил к нему с раскинутыми руками:

– Здорово, бро! Как оно?

– Все ок, – коротко отозвался он.

Они обнялись и похлопали друг друга по плечам – друг всегда встречал его так, словно виделись год назад, а не вчера вечером.

– Ты как вообще?

– Да норм, – с досадой бросил Яр.

Иногда Игорь бывал слишком навязчивым. Прямо как мамочка. Как она там, кстати? За весь день не позвонила ни разу, даже странно… Он почувствовал легкое беспокойство и сам себе удивился. Звякнуть, что ли? Или сообщение сбросить, чтоб не дергалась и не искала с полицией. Правда, с чего бы? Должна уже привыкнуть…

– Сегодня просто зал полный, – доложил Игорь. – Не облажайся!

– Когда я лажал? – оскорбился он.

– Никогда, – успокоил его тот. – Но вдруг именно сегодня не в голосе…

– Ну да, – ухмыльнулся Яр.

Даже не знал, что это такое. Всегда он в голосе: хоть среди ночи разбуди, хоть от уроков оторви, хоть…

– Там чел один странный, – озадаченным тоном продолжал Игорь. – Сидит один за дальним столиком и бухает.

– И чего? – удивился он.

– Говорю же – странный.

– Приставать будет? – догадался Яр. – Ну пошлю его, первый раз, что ли…

– Нет. Не знаю, – с сомнением отозвался друг.

– Да не парься ты. – Он хлопнул его по плечу. – Если что, отобьемся. Давай, я переодеваться.

Яр кивнул Игорю и скрылся в гримерке. Это, конечно, слишком громко сказано – просто каморка за сценой. Но зеркало есть, вешалка тоже, что еще нужно? Он пристроил на крючок куртку, сообразив, что, войдя в клуб, даже не разделся – продрог, пока по улице болтался, все-таки не май месяц. Только сейчас начал понемногу отходить. Вечно мерзнет, хоть никому не признается, один Игорь знает.

Он стянул свитер, футболку – с детства привык одеваться как капуста. Сначала мать наряжала, потом сам. Может, это из-за нее у него теплообмен нарушен? Вечно его кутала…

Яр сдернул с вешалки черную рубашку, надел и неторопливо застегнул. Воротник оставил распахнутым на две пуговки, потом, слегка подумав и изучив свое отражение в зеркале, расстегнул еще одну.