Не уезжай ты, мой голубчик!

Она заискивающе и как-то умильно взглянула на Николая и, полуобняв Стебликова за плечи, нараспев принялась объяснять:

– Племянника пустила. Вы не возражаете? Место-то пропадает, вот я и подумала… Или вы против?

– Пускай, – буркнул Николай, передавая ей рубль на белье.

Стебликов тоже нашел рубль, протянул проводнице.

– Зачем же, племяшик? Что ж, я тебя бесплатно не провезу? – фальшиво улыбнулась проводница, отодвигая рубль.

Стебликов молча пожал плечами и встал, разминая в пальцах сигарету. Проводница пропустила его к дверям и вышла за ним в коридор, по-родственному похлопывая Стебликова по рукаву.

– Что за цирк? – недовольно обернулся к ней Стебликов, когда они вышли.

– Ты помалкивай. Твое дело десятое. Покуришь – и спи себе тихо до Ленинграда, – посоветовала она.

Стебликов стал пробираться к противоположному тамбуру, где находилась курилка. По коридору сновали иностранцы, раздавалась английская речь. Стебликов заметил, что некоторые иностранцы курят в коридоре и купе, не утруждая себя выходом в тамбур.

Более того, когда он протискивался между окном и длинным рыжим парнем в трикотажной кофте с надписью «New Jercey», парень этот, между прочим, тоже куривший, заметил в руке Стебликова сигарету и тут же щелкнул зажигалкой.

Стебликову ничего не оставалось, как неуверенно прикурить. К счастью, проводница была далеко, в начале вагоне.

– Тут, вообще-то… нельзя курить, – несмело сказал Стебликов молодому иностранцу.

Тот дружественно улыбнулся и, ткнув себя указательным пальцем в грудь, четко произнес:

– Меня зовут Эрик.

Как зовут тебя?[1 - Здесь и далее выделенные полужирным реплики означают перевод фразы, произносимой на самом деле по-английский]

Стебликов понял Эрика, хотя английским владел крайне слабо. Подумав секунду, он сконструировал ответную фразу:

– Май нейм из Алексей.

– О, Алекс! – обрадовался Эрик и, повернувшись к открытым дверям купе, где сгрудились у столика его друзья, сообщил им: – Тут русский парень.

Его зовут Алекс. Дайте-ка нам выпить!

– Эрик опять нарвался на агента КГБ, – добродушно проворчал молодой толстяк, наливая две порции виски в бумажные стаканчики.

Стаканчики передали в коридор Эрику. Тот протянул один из них Стебликову:

– Я хочу с тобой выпить. Ты понимаешь по-английски?

– Сенк ю… вери… – растерялся Стебликов, принимая стаканчик. – Я плохо говорю. Не понимаю… Ай донт андерстенд! – вдруг вспомнил он нужную фразу.