Лезвие осознания (сборник)

Что с нами произошло дальше?

Вы угадали уже, я думаю.

Ведь рано или поздно должно было случиться то самое, к чему я – не признаваясь в этом даже и самому себе – конечно же и стремился.

Однажды Гарри не оказалось дома. Сесилия приняла меня в шелковом халатике, переливающемся и струящемся, расшитом оранжевыми драконами. (В то время я уже считался другом семьи. Поэтому такого рода наряд – чуть по-домашнему вольный – не мог произвести никакого странного впечатления.) Мы с ней о чем-то беседовали… едва ли я смогу вспомнить, о чем же именно.

Зато я хорошо помню, как двигались ее руки. Танцуя как бы… словно играя на каких-то незримых струнах… гипнотизируя. И я почти не отрывал взгляда от ее тонких изящных пальцев, когда она жестикулировала во время нашей беседы, когда непринужденно священнодействовала, нам смешивая коктейль.

И получались эти коктейли, надо сказать, у нее прекрасно. Сесилия предложила мне сразу же после первого и второй. (Об этом я ее не попросил. Хотя и очень даже был не прочь повторить, не спорю!)

И вот она присела со мною рядышком на диван.

– Ты знаешь, Боб… я с некоторого времени почему-то стала тебя… бояться. Да нет, ты не беспокойся – с тобой все в полном порядке! А это я скорее боюсь… себя! Да. Все просто… И вот поэтому, Боб, я хочу тебя попросить… – и с этими словами Сесилия придвинулась ко мне и сжала руку мою в своей.

Сесилия заглянула в мои глаза – и ее лицо, мерцающее какое-то, как это мне тогда показалось, и с приоткрытыми чуть губами – приблизилось. И я поставил бокал на журнальный столик, чуть было не уронив. И нерешительно ее обнял…

Мы целовались – и в этот миг я не помнил ни о чем другом. И лился на тигровые лилии ковра коктейль из ее бокала…

Не сложно угадать и дальнейшее.

Развитие событий не отступило от классического сюжета драматургии… а лучше будет, впрочем, сказать – от классики анекдотов.

Короче говоря, пришел день, когда вернувшийся в совершенно немыслимое для этого время Гарри застукал Сесилию и меня на своем супружеском ложе.

…Я не могу забыть его взгляд! Он… прямо-таки вцепился в меня глазами.

Конечно же, я был голый – и чувствовал себя беззащитным.