Одиссей Фокс

– Играет на публику, – пророкотал Лжа-Лжа.

«Или показывает неопытность, чтобы не стать первой мишенью для атаки остальных» эту мысль подумали несколько, но не высказал ни один. Мадам Каролина улыбнулась, глядя на сыщика из-за своего веера.

– Одну, – кивнул Одиссей Фокс.

– Гипер О’Кул, ваше слово! – сказал ведущий.

– Атакую Лжа-Лжа! Надо выбивать чемпиона, поддержите, друзья! – воскликнул луур, выдвинув две карты вперёд. Он уперся в стол всеми четырьмя руками и привстал, чтобы выглядеть хоть чуточку больше и значительней, но всё равно остался лилипутом перед великаном.

– Атакую робота, – низко расхохотался алеуд, выдвигая две из своих карт. – Нечего машинам с идеальным просчётом делать среди нас, несовершенных.

– Благодарю за любезность и атакую Лжа-Лжа, – робот поклонился рогатому гиганту и выдвинул одну карту против него.

– И восстали люди, и избавились они от бездушных машин, – процитировала классику Мадам Каролина, выдвигая обе карты против Кластера и не оставляя ничего себе на защиту.

Она не ждала, что её атакуют. От самых внимательных глаз не укрылось, как Мадам едва заметно кивнула Лжа-Лжа, и тот одобрительно прикрыл глаза.

– Мистер Фокс?

– Воздержусь, – ответил сыщик, сбрасывая карту, хотя он был последний в этом розыгрыше, и его уже точно никто не мог атаковать.

– Лжа-Лжа и Кластер, вас атакуют, парируйте, господа, – сказал крупье. Робот и алеуд выдвинули карты в свою защиту, крупье раскрыл их, убрал все слабые или отбитые и подвёл итог.

 – Три карты против Лжа-Лжа и одна против Кластера. Кластер, ваш выпад?

Зрители затаили дыхание. Сейчас робот с его машинной скоростью мышления и точным просчётом определит тайну Лжа-Лжа. По правилам Большого Блефа, каждый игрок вносил на турнир две своих тайны, которые хранились у крупье. Как только обе тайны оказывались угаданы, игрок вылетал из игры, а пока они не раскрыты, мог перекупаться, сколько захочет. А чтобы тайну вообще было возможно разгадать, она обязана касаться того, что у всех перед глазами: чего-то в облике игрока, общеизвестных сторон его личности.

Иные тайны просто не принимались казино. И главное мастерство Большого Блефа было не в тонком расчёте карт и обстоятельств, которые меняются каждый раунд – а именно в умении разгадать каждого соперника.

– Как и всех в этом зале, моё внимание привлёк тринадцатый рог, – развёл руками Кластер 66. В его жесте была театральность, направленная не только на зрителей, но и на соперников.