Аутсайдеры

– А с какого возраста ты себя помнишь?

Адик-Адлер явно удивился вопросу.

– Никогда об этом не задумывался.

– Ты на маму похож или на папу?

– На папу, – неуверенно ответил гость. – А вообще я ее почти не знал. Так получилось, что она с нами не жила. Может быть, я и в нее тоже уродился.

– А я даже не представляю, как это – детство без мамы. Знаешь, что я помню? Как мы с ней идем, я совсем маленькая, по лугу, она останавливается и говорит: Мариша, вот это – пастушья сумка, а это – лютик, а это – белый донник.

Потом она мне пижму показывала, и как малина цветет. Ничего так хорошо не запомнила, как эти желтые цветы – лютик и пижма.

– Пастушья сумка – это что, цветок? – удивился Адик-Адлер.

Нормальное удивление городского ребенка, подумала Марина, нужно будет как-нибудь выбраться с ним на природу.

– Вроде цветка. Вообще это лекарственное растение. А что, вам в садике не рассказывали?

Марина была убеждена – все люди прежде, чем стать взрослыми, ходили не только в школу, но и в детский сад.

Во всяким случае, таких, что росли дома, ей еще не попадалось.

И тут выяснилось, что Адик-Адлер – как раз домашний ребенок.

– У меня была какая-то болезнь, что-то с нервами, и ко мне приходили воспитатели. Я даже во двор почти не выходил, – признался Адик-Адлер. – И в школе учился экстерном.

– Все десять лет?

– Почему десять лет?

– Столько учатся в школе. Или теперь – одиннадцать?

– Я не знаю, я ведь очень рано начал учиться.

Ко мне приглашали учителей, тренеров, а Семен Ильич вообще жил у нас в доме. Он со мной каждый день занимался.

Спрашивать, что за болезнь такая, было нетактично, парень выглядел вполне здоровым. Вот разве что румянец. Марина слыхала, что у туберкулезных больных – самый красивый румянец. Но, помилуйте, какой туберкулез? Парень холеный, как голливудская звезда! Родители, или кто там с ним живет, пылинки с него сдувают. У него маникюр и, возможно, педикюр.

– Тебе теперь восемнадцать? – вдруг спросила Марина.

Адька-Адлер ответил не сразу.

– Ну… да. А это имеет значение?

– Не знаю. Просто занять такую должность в Росинвестбанке в восемнадцать лет, даже с феноменальными способностями…

– Никакие не феноменальные. Я читал – бывают дети, которые в двенадцать лет в голове шестизначные цифры перемножают, и вообще…

– А ты можешь – шестизначные?

– Зачем? Для этого калькулятор есть. Я – системщик.