Той осенью на Пресне

 – Нынешний партократический режим продемонстрировал свое полное нежелание выполнять требования народа. Власть не хочет проводить крупномасштабные экономические реформы, способные поднять уровень жизни населения. Сейчас только демократически мыслящие деятели способны решить эти задачи!

Следующей выступала полная дама в очках.

– Главное – это нейтрализовать врагов демократии! – кричала дама. – Все эти партийные боссы только и видят… – Дама потрясла в воздухе кулаком, но забыла уточнить, что именно боссы видели.

В середине августа институт опустел. Даже буфет закрыли и из всей охраны оставили только одного вахтера на проходной.

Ворота во дворе противно заскрипели. Олег приподнялся в кресле, увидел, как на улицу выезжает машина директора и подумал: «Вот и шеф на дачу смотался».

Позвонила Ирина:

– Слушай, я ничего не понимаю. Что это за заявления? И куда Горбачев подевался?

– Как куда подевался? – не понял Олег.

– Ты радио слушаешь? Включай. Я тебе потом перезвоню.

Диктор ровным и бодрым голосом дочитал одно обращение и принялся за другое.

Раздался телефонный звонок. Ирина спросила:

– Ну и чего?

– Насколько я понимаю, это – переворот, – ответил Олег.

– А чего делать?

– Понятия не имею.

– А у нас говорят: может хоть порядка больше будет.

– Хрен его знает! – чистосердечно признался Олег.

– А знаешь, что войска в Москву входят? – спросила Ирина.

– Это брехня, наверное.

– Ну, да! Танки! И что сейчас делать? В банк бежать? В комнату вошел Борька:

– Слышал? Да? А шефа на совещание вызвали.

– Я думал, что он на дачу удрал, – ответил Олег.

– Все так думали! Я уж обрадовался и портфель стал собирать. Вот тебе, бабушка, и Юрьев день!

Пошли в приемную шефа. Секретарша смотрела телевизор. По одной программе зачитывали обращение, по другой показывали балет.

– А говорят, что в Москву войска входят, – сказал Олег.

– В «Новостях» показывали, – ответила секретарша. – На центральных улицах уже стоят.

В дверь заглянул Веселов.

– Светоч демократии! – обратился к нему Борька. – Что такое на белом свете делается!

– А, разберутся, – отмахнулся Веселов и ушел. Борька перещелкал пультом разные каналы:

– И кто его знает, к чему все это? И как закончится?

В комнате Олега они заварили чай и включили радио. Никаких новых сообщений не было.

– В субботу по городу прогулялся, – рассказал Олег. – Все-таки наша публика немного не в себе.

– А танки в городе? – спросил Борька.