Перевёрнутый мир

– Привет, Валенок! – Я рукой пригладил свои слипшиеся, спутанные волосы.

Валька огляделась и села на излюбленное место, в уголок дивана, поджав ноги под себя. Я вспомнил, как Чижик радостно встречал ее и лизал ноги, а потом прыгал на диван и клал свою узкую рыжую морду на ее голые коленки. И поморщился от внезапно нахлынувших воспоминаний, как от банальной зубной боли. «Все-таки как примитивен человек. В зубном кабинете он так же страдает, как и от потери близких», – совсем некстати подумал я. И все же мне гораздо больше хотелось оказаться сейчас в зубном кабинете.

Валька огляделась.

– Грустно ты живешь, Данька.

Я промолчал. И, собравшись силами, стал готовить чай. Грязный, заржавевший чайник недовольно запыхтел на плите. Валька оставалась единственным человеком, кто меня еще любил. И эта любовь меня не отпускала и не давала умереть, чтобы начать новую жизнь.

– Ты думаешь, тебе где-то будет лучше? – Валька почесала локоть, измазанный зеленкой.

– Опять ты за старое, – пожурил я ее, как прежде.

– Не-а, это я Чижика искала и свалилась в канаву.

Я застыл с чашками на середине комнаты. Мои руки предательски дрогнули, и горячие капли пролились на пол.

– Не ищи его больше, Валенок. Не ищи.

– Я найду его, точно найду, – пообещала Валька. – Живого или мертвого, но найду.

– Мне не нужен мертвый Чижик. – Я дрожащей рукой разлил чай по чашкам, и по столу расплылась ароматная лужица.

– Тогда я найду живого! – уверенно заявила Валька.

Я сел рядом с ней и взял ее пухлые, почти детские ладошки в свои руки.

– Давай не будем об этом, Валенок. Ты очень хорошая девушка. И очень хорошенькая. Тебе обязательно нужно учиться. И тебя обязательно ждет настоящая, большая любовь.

– Учиться на артистку? – Валька прищурила свои круглые глазки.

Я резко встал и, приблизившись к окну, закурил. Мне так хотелось остаться одному.

– Данька, – тихо окликнула меня девушка. – Ты не будешь с ней счастлив, Данька. Неужели ты не понял, что она совсем другая? Это здесь она подстраивалась под тебя, под Чижика, под наш мир.

Я резко обернулся.

– Можно подумать, здесь я кому-нибудь нужен.

– А здесь об этом даже думать не нужно. Здесь ты просто можешь жить. Здесь – все твое. И деревья, и звери, и мы. И ты здесь для всех. Здесь ты счастливый, Данька. В лес шел – домой глядел, из лесу шел – в лес глядел. Здесь тебе везде было хорошо.