Сборник таинственно-лирических рассказов

Ах какой это был самогон! После первого глотка Борода еще больше проникся уважением к мохнатому мужику, а Лысый, не понимая, за что он так любит коньяки, клялся и, слегка захмелев, кричал, что не обменял бы эту огненную воду ни на один коньяк в мире! На что Волосатый заметил весьма иронично, что, когда его высокоблагородию попадает в рот настоящий коньяк, то же самое он говорит о самогоне. После этого замечания раздался дружный гогот, и разговор пошел еще веселее и оживленнее.

– Как вы считаете, Федор Иванович, кто правит сегодня миром, волосатые или лысые? – спросил Олег Олегович и, задав столь необыкновенный вопрос, уставился на Бороду в ожидании ответа.

Борода мог ожидать любого вопроса, к примеру, какой, по его мнению, самый красивый корабль в мире или знает ли он, как рано просыпаются чайки. Но то, что между лысыми и волосатыми идет давний спор по поводу управления миром, он и представить не мог. Слегка замявшись и проведя рукой по своей бороде сверху вниз, он неуверенно пробормотал:

– Бородатые… бородатые правят миром…

После таких слов Лысый скривился, как от зубной боли.

А Волосатый, понимая, что на его стороне может оказаться (видимо, спор между этимигосподами шел давно и имел свой счет) плюс один человек, игриво спросил:

– Наверное, вы хотите сказать – волосатые?

Но Федор Иванович не считал себя волосатым, а потому, потрясая своей бородой, дал понять не словом, а делом, что мнения своего менять он не намерен. Но Волосатый не унимался и требовал объяснений:

– Как же так, Федор Иванович, прошу прощения за столь нелестное сравнение, но ведь вы как старый морской пень, окутанный тиной.

Борода засмеялся и добавил:

– Старый морской пень, Степан Степанович, это вы, а у меня всего лишь борода, да и ту… (здесь он хотел добавить, что хочет ее сбрить, но потом, вспомнив, что она ему все так же дорога, не стал говорить о том, в чем таксильно сомневался).

Неизвестно, сколько бы еще продлился этот диалог и насколько сильно разошелся бы приверженец мохнатых, если б в дело не вмешался Лысый.

Он напомнил Степану Степановичу о том, что каждый человек, опрашиваемый ими, должен без всякого давления и с ходу ответить на поставленный ими вопрос. А вот склонять на ту или иную сторону, противоречит правилам игры.

– Ну что ж, по правилам, значит, по правилам, пусть будет по-вашему… – сказал Волосатый, обращаясь к Лысому.

Федор Иванович смотрел на них в недоумении.