Летние каникулы

– Ну что? – Женька обернулся ко мне, закрывая лицо ладошкой от солнца. – Окунемся здесь или пойдем через мост, да там на карьере уже осядем?

Встав на месте, я разглядывал с берега, как внизу на местном пляже, если так его можно было назвать, расположились несколько мам с маленькими детьми и больше никого.

– Что-то никого и нету-то. А где все? – спросил я. – Раньше-то народу было всегда не протолкнуться.

– А фиг его знает, – пожал плечами Женька. – Если ты про молодежь, так они все на карьере, скорее всего.

– Нее, – помотал я головой. – Потопали на карьер, здесь ловить нечего, будем тут вдвоём бултыхаться, – сказав это, заскользил ногами, сползая вниз по земляному берегу, и, спустившись вниз, пошел в сторону моста. Женька рассмеялся, прыгнув следом, подымая пыль, которая только что улеглась после моего схождения.

Пройдя небольшой деревянный мост, мы некоторое время шли по дороге, и вскоре свернули направо к карьеру. Давно здесь добывали грунт, а спустя некоторое время, появилось озеро искусственного происхождения.

– Что городской, скуксился?– хлопнул по плечу меня Женька ухмыляясь. – Сразу видно, отвык уже.

– Да отвали ты, – улыбнулся я – Пару дней, я снова приду в норму. Если ты помнишь, пешком мы сюда редко ходили, – вспоминая короткий путь, я спустился на маленькую, еле видную, дорожку среди кустов что росли повсюду, пройдя через них, вышел к карьеру.

Встав на небольшом склоне, мы наблюдали, как внизу под нами блестело озеро и виднелась ватага ребятни, что с воплями купалась на берегу.

– Ну, вот и добрались, – сказал Женька, выглядывая внизу купающихся. – Пойдем вниз, вот народ удивится тебя увидев. Кого-то ты вспомнишь сам.

* * *

Как приятно, все-таки, с разбегу залететь в воду, нырнуть сразу с головой, уйдя глубоко под поверхность, потом, уже когда совсем заканчивается воздух, быстрыми гребками устремиться к поверхности.

Я вынырнул из воды, жадно хватая воздух, оглянулся в сторону берега, где собрались местные ребята примерно такого же возраста как мы с Женькой. Он был прав, половину народу я точно вспомнил, да и они меня тоже.

Ребята жали мне руку, а те, кто знал меня поближе, хлопали по плечу, говоря о том, что я совсем не изменился.