Глаза хаски

Папа, со свойственным ему добродушием (шучу) стал заставлять Эсекьеля жениться на Вирхинии.

Эсекьель наотрез отказался, и они доспорили до того, что Эсекьель ушел из дому и бросил учебу.

– Кажется, твой братец снова во что-то влип, – сказал Мариано, и я подумал, что, скорее всего, он прав.

5

В тот вечер меня не позвали ужинать. На следующий день за завтраком все было как обычно, никто ничего не говорил.

Но по лицам родителей было заметно, что они не спали.

Я, само собой, не стал расспрашивать.

– Послушайте, ну что тут такого? Я член семьи, Эсекьель мой брат, и, если он опять напортачил, я имею право знать. Нечестно, что я обо всем узнаю от чужих людей. И мне уже десять лет. Я заслуживаю объяснений. Расскажите всё как есть.

Но я не стал расспрашивать. Я слишком ценил свою маленькую жизнь, чтобы нарываться на отцовский гнев.

Про Эсекьеля и раньше-то не особо говорили, а теперь при одном упоминании его имени искры летели.

Я понятия не имел, что случилось, и мне казалось, родители как-то уже слишком сильно реагируют. Мама забросила сад, так что он совсем зарос. А отец был в таком скверном настроении, в каком раньше я его не видел.

На меня никто не обращал внимания, и, воспользовавшись этим, я стал подслушивать их разговоры – и ничего не узнал. Мама только плакала, а отец ругался и все время приговаривал:

– За что мне это? За что?! – а потом перечислял все, что он дал Эсекьелю: школу, путешествия, спорт и так далее.

Я думал, что Эсекьель насолил лично ему – он ведь спрашивал не «За что это нам?», а «За что это мне?»

Мы с Мариано стремились докопаться до сути дела, но, сколько бы мы ни подкупали Флоренсию, она тоже ничего не смогла выяснить. Если мои родители не рассказали отцу Мариано – значит, дело серьезнее, чем мы думали.

Оставалось два выхода: спросить у самих родителей или у самого Эсекьеля.

Я предпочел второй выход.

Нужно было только осуществить задуманное. Я никогда не бывал у Эсекьеля и даже не знал, где он живет. Прошло дня три или четыре, прежде чем я отыскал адрес в маминой записной книжке. И тогда я сел на 60-ый автобус и поехал из Сан-Исидро в Палермо. Дорога заняла у меня сорок минут.

Но она изменила всю мою жизнь.