Крысиный бег. Иллюстрированный роман

Прости, парень, если это так. Я этого не хотел…

Принял горячий душ. Переоделся, найдя в шкафу целый склад вещей, которых хватило бы на весь наш приют. И, осторожно открыв дверь, двинулся вниз по ступеням на запах еды и звук посуды. Недолгий спуск по резной деревянной лестнице большого и просторного дома, и я сразу упираюсь в большую столовую.

За столиком, уткнувшись в книгу, слегка нахмурившись и склонив голову чуть набок, сидит женщина с фото. Такие же шикарные длинные волосы и лёгкий домашний халат, наброшенный на плечи.

Какая же у него сочная мамка! Ещё красивее, чем на той маленькой картинке в моей комнате. Гораздо красивее!

– Доброе утро, мам! – решил проявить я вежливость как порядочный сын, теперь уже, к моей семье. Новая жизнь – новые правила!

– Мам? – брови блондинки взметнулись вверх. Она отложила книгу и удивленно посмотрела в мою сторону, слегка скривившись. – Ты решил называть меня так, наконец? Спустя десять лет?

Бля! Где я прокололся? Судя по фото, у нас дружная семья.

– А как я обычно тебя называю? – осторожно поинтересовался я и сел за стол напротив неё на высокий барный стул.

– Ну… «Мачеха», – она нахмурила точёные бровки, пытаясь вспомнить.

А, так это мачеха! Моему предшественнику очень повезло, оказывается.

– А ещё «Эй, ты!», «Тварь», «Подстилка»… Продолжать? – небрежно закончила блондинка.

Ни хера себе! Что за нравы у этой семейки? Похоже, мой предшественник – та ещё скотина, так обращаться к женщине, к матери.

– Прости! – извинился я сразу за нас двоих.

– Прости? Серьёзно? – лёгким неуловимым движением она вспорхнула со своего стула, словно фея, подошла ко мне вплотную, обдав дурманящим ароматом ягод и женского тела, посмотрела в глаза, приложила ладонь к моему лбу и нахмурилась. – Ты себя нормально чувствуешь, Майки? Сам на себя не похож. А! Тебе деньги нужны, или что-то натворил и нужно прикрыть тебя перед отцом? – догадалась она и отдёрнула руку, словно обожглась.

– Да не нужны мне деньги. Есть что поесть?

– Ты знаешь, где холодильник, со вчерашнего дня ничего не изменилось.

Я молча встал, достал из холодильника пакет молока, два треугольных бутерброда и вернулся на своё место. Хм. Никогда такие не ел.