Семь. Гордыня

Судя по хорошо скроенному, подтянутому, атлетически сложенному телу, парень явно любил заниматься спортом и посвящал этому львиную долю свободного времени. Очень даже симпатичный, как, впрочем, и его старшие братья, но на смазливой мордашке сразу читалось – интеллект не его сильная сторона.

Сегодня на этом семейном обеде Алекс присутствовал со своей невестой Катей. Девушка чувствовала себя немного неуютно и скованно, два часа назад она впервые увидела отца Алекса не на экране телевизора, не в сводках новостей или репортаже с очередного мероприятия для элиты, а вживую.

И, честно говоря, она слегка побаивалась этого сурового мужчину.

– Какие планы? – переспросил Алексей у отца.

– Пока не знаю, – он пожал плечами, отправил в рот кусочек прожаренного мяса и запил обычной водой. – Хочу сначала разобраться, прежде чем принимать какое-то решение.

– Разобраться с чем? – с интересом посмотрела на замолчавшего младшего брата Елизавета.

– Да со всем! Я ведь за все эти годы ничего кроме стен и высокого зелёного забора Военной Академии и не видел.

У меня есть год, хочу за это время разобраться и принять верное решение, хочу понять, нужна мне дальше карьера военного, или я хорош в чём-то другом.

– Теперь он в поиске себя, – хмыкнула старшая сестра. – А когда в семь лет захотел стать военным, ни о чём таком не задумывался? Попробовать новое, испытать себя во всём…

– Я – военным? – Алекс слегка нахмурился. – С чего бы мне хотеть становиться военным? Такой дурости мне даже в семилетнем возрасте в голову не могло прийти.

– Но… Погоди, – брюнетка перевела взгляд на отца. – Папа! А ты не расскажешь нам, как Алекс попал в Академию? Мы все почему-то считали, что он очень мечтал стать генералом, и ты не стал лишать ребёнка мечты и препятствовать ему в этом, но теперь что-то не сходится.

– Очередные семейные секретики, – к уху невесты Алекса наклонился его старший брат. – Люблю, когда что-то такое всплывает на поверхность.

– Мне было не до воспитания семилетнего сопляка, – пояснил глава семейства.

 – На мне и так трое детей висело: ты, со своими женскими проблемами переходного периода, и твои братья со своим бунтарским характером и желанием набить морды всем школьникам, которые косо на них смотрели. На тот момент я принял верное и взвешенное решение – дать парню шанс попробовать себя на военном поприще. И ничуть об этом не жалею.

– Нет человека – нет проблемы, – хмыкнул Иван и покачал головой. – В этом весь наш отец.

– Прости, Алекс.