Чустя

– Да? – недовольно поджимает губы Ирка, – Жаль! Я так хотела мороженного… А это что такое?

Она поднимает с земли мою тетрадь и смотрит изумленно на разворот, а потом громко и очень вульгарно читает мои неосознанные письмена:

– Семён, я люблю тебя!

О, боже! Я даже не помню, когда я это написала! И самое главное: ЗАЧЕМ??? Мне хочется провалиться сквозь землю! Мне хочется умереть на месте! Сдохнуть прямо здесь и превратиться в горстку пепла!

На лице Ирки появляется ненависть, ее губы искривляются неимоверным образом, демонстрируя мне все краски неприязни и гнева.

– Ты совсем офигела? – ядовито шипит она, облизывая напряженно губы, – Семён мой!

– А, он у курсе? – непроизвольно вырывается у меня.

– А, давай у него и спросим! – кричит она, хватая меня за воротник пиджака и протаскивая через весь двор, прямиком к только что вышедшему из школы Семену.

– Семочка, – щебечет она, поддерживая меня за ворот, – Знаешь, наша Чуча твоя большая поклонница! Прямо фанатка! – она протягивает ему мою тетрадь, – Смотри!

Он кидает беглый взгляд на надпись, и на его лице я тоже читаю мгновенно вспыхнувшее отвращение:

– Никогда! Больше! Не подходи! Ко мне! – выплевывает он мне в лицо, – Или я за себя не ручаюсь!

– Я бы на твоем месте удавилась, – злорадствует Ирка, демонстрируя подергивание за веревку и свой противный синюшный язык, высунутый наружу на манер мультяшного висельника.

***

Боже, какое унижение! Мне невыносимо стыдно от того, что моя тайна, мой бережно хранимый секрет выплыл наружу таким невероятно унизительным образом! Я готова стерпеть любые шутки, пинки и даже побои, возможно, но только не это! Это удар ниже пояса! Это запрещенный прием!!!

Как? Скажите мне, как мне теперь ходить в школу? Я ведь сгораю от стыда, едва только подумаю об этом! Мне невыносимо обидно, и нестерпимо больно.

Ведь это прилюдное унижение позволило мне, наконец, осознать, что моя любовь не просто не взаимна, она никчемна и никому не нужна! Как, впрочем, и я сама! Глупая, страшная Чуча с последней парты!

Я просто иду вперед, не знаю куда, не знаю зачем.

Просто иду. А по моим щекам текут ручейки соленых слез, и под носом блестит, и уши красные! Ловлю свое отражение в витрине магазина и, вздрогнув, отворачиваюсь. Я даже думать не хочу о том, на что я сейчас похожа! Подумаешь, стала еще страшнее… Хотя и думала иногда, что страшнее некуда.