Последнее дело

Он бодро встал со скамеечки, отряхнул брюки, сметая с них невидимые пылинки, вышел на главную аллею, огляделся по сторонам – не видать ли кого. И неожиданно для себя засвистел и, раскинув руки в стороны, самолетиком, зигзагами «полетел» вдоль брусчатки.

«Почему я должен грустить и грызть себя душевно за собственный отдых? Слава Богу отдыхаю, не на ворованные деньги и не за взятки, а за честно заработанный «подвиг».

Да, «подвиг» я тогда отмочил, ай-да-ну. Мало того, что сам на старости лет залез по уши «в беззаконку», так еще потянул за собою оперативников.

Хорошо хоть среди них не оказалось подлеца. Могло быть все по-другому, но зато по Закону.

Правда, Закон остался бы чистым, а вот людей при этом потеряли это уж точно. Я не имел никакого права рисковать жизнью своих сотрудников. У меня ведь не было санкции прокурора на проведение операции. И все же считаю, что поступил правильно, по жизненной необходимости, хотя при этом грубо нарушил Закон».

При воспоминании о собственном «нарушении» Закона Юрий Николаевич улыбнулся, повеселел.

А неожиданный звонок Глеба, а так же оправдание себя за отдых в санатории исправили ему настроение.

Рева Юрий Николаевич – старший следователь Прокуратуры города Уссурийска давно «перехаживает» срок ухода на «заслуженный отдых» по возрасту, и выработанного сверх головы, как он говорит, необходимого служебного стажа. Однако Прокурор, его шеф и закадычный друг по школе, а потом и по Университету всячески оттягивает момент расставания с опытным и мудрым следователем, да и просто лишаться надежного тыла за собственной спиной.

– Подготовишь себе замену и уйдешь, – каждый раз заявлял тот надуманную причину. Но чаще всего Юрий Николаевич слышит: – Вот тебе последнее дело, – выкладывая перед ним на стол тоненькую дежурную папочку с зачатками расследования нового преступления. – Закончишь его, и сразу поговорим, как лучше обставить твои торжественные проводы на заслуженный. Эх, и гульнем! – каждый раз обещал коварный шеф своему уступчивому коллеге.

Сколько было этих «последних дел»! Однако история с рыжеволосой, никоем образом не соотносилась с прокурорским указанием.

И было это вовсе не «дело», а его личное самоуправство в отсутствие Прокурора. Тот укатил во Владивосток на совещание. События развивались с такой стремительностью, когда была дорога каждая секунда.

Вот тогда и пошел следователь на риск, взяв всю ответственность за проводимую операцию лично на себя.

А дело было так. В дверь его кабинета постучали.