Шолох. Орден Сумрачной Вуали

Вор вздохнул. На его лице вновь воцарилось привычное скучающее выражение. Он подошел и традиционно стукнулся со мной кулаками, отмечая разыгранную сценку.

– Да, но это не так трагично, – сказал Бакоа. – Пока ты была в отключке, Раэль любезно пояснила нам, что они как раз таки убили крысу, – и он назвал имя одной из мелких сошек. – Очень жаль, что это случилось быстрее, чем я смог допросить ее. Иначе бы нам не пришлось идти на эту идиотскую сделку насчет колье, чтобы в итоге узнать имя ублюдка, которому я сначала отрежу все пальцы на ногах, потом на руках, потом… Впрочем, интереснее будет импровизировать на этот счет, – сам себя перебил Мокки.

Я кивнула.

Что ж. Земля пухом предателю.

Потом воровской мастер ткнул пальцем в сторону Тилваса Талвани.

– Что касается тебя, парень… Уж не знаю, кто ты такой на самом деле, – многообещающе протянул он, – но, судя по шумихе, ты разозлил кого-то серьезного. И если кто-нибудь предложит мне сделать ставку, я проголосую за твою скорую смерть.

Тилвас в ответ улыбнулся. В свете костра черты его лица заострились, приобретя неожиданно хищный вид. Кажется, он понял, по каким правилам и в каких амплуа играют в квартале, и теперь готов был отрываться на полную катушку.

– А я всегда был сам по себе, мне не привыкать, – мелодично пропел Талвани. – Так что мой тебе совет: не ставь против меня серьезные суммы, вор.

И аристократ картинно смахнул пальцем воображаемую слезинку Мокки Бакоа.

– Ну на-а-адо же, – протянул тот, сузив глаза. – Этот воробушек считает себя саблезубым, а, Джеремия?

Он пружинисто шагнул к Талвани и уставился на него снизу вверх: Мокки не может похвастаться высоким ростом, тогда как аристократ явно не пренебрегал в детстве кашей.

– Это хорошо, что ты дерзкий, – умилился Мокки Бакоа. – С такими обычно весело.

– А то что? – улыбнулся Талвани. – В следующий раз не станешь уворачиваться, дашь мне все-таки врезать тебе, как следует?

– Да нет, просто я уже знаю твой секрет, понимаешь ли… – подмигнул Бакоа и нежно обхватил пальцами медальон в виде ворона.

И вдруг случилось неожиданное.

Рука воровского мастера вспыхнула оранжевым светом, и Мокки, невнятно взвыв, отскочил аж на два метра, тряся кистью.