Ложь и чувства

Его лицо отражало обиду.

– Что с ней? – воскликнула Матрёна, – почему она в слезах? Ты обидел её?

– Матрёна Васильевна, я похож на идиота? – ответил он, стараясь сохранить спокойствие.

– Я вынужден отказаться от вашего приглашения. Сегодня утром мне вручили письмо… общим меня отзывают на работу. А уехать, не простившись с вами, я не мог.

– Надеюсь, это не надолго?

Он заранее знал, что ответить.

– Мне приятны ваши отношения ко мне, вы принимаете меня, как родного сына, но понимаете, работа, есть работа, моё возвращение не зависит от меня!

– Ты не забывай нас, хотя изредка сообщай о себе! А когда вернешься, можешь заходить к нам в любое время, или тебе нужно будет особое приглашение?

Он криво улыбнулся.

К вам я приду без приглашения! – виноватым голосом произнес он.

Матрёна поняла, что задумал Евгений, но не хотела, чтобы он догадался об этом. Юрий сразу распознал, что ему надо было от сестры, и, когда однажды об этом, он сказал Марии, она обиделась на него.

Несколько секунд царило молчание. Его прервала Матрёна.

– Хочу сказать, Евгений, для тебя в нашем доме всегда двери открыты, и мы будем тебе рады. А вернешься ты или нет, на всё Божья воля!…

– Я и сам не знаю, как сложится на работе, – прерывисто сказал Евгений, – и не хочу обнадеживать вас…

Матрёна расширив глаза от удивления, не могла произнести ни слова, и наступило новое молчание. Евгений же его прервал.

– Я благодарен вам за то, что принимали меня как своего сына, вы благородная женщина, и я благодарен судьбе, что свела меня с вашей семьей! – произнёс он с легкой улыбкой.

– Я не стану больше терзать себя, мне трудно расставаться с вами, правда! – Затем он торопливо простился с ними и вышел. Они видели, как он сел в машину и минуту спустя, скрылся за двором.

– Ну вот уехал на машине Марии! Сам подарил, и сам забрал! – он ухмыльнулся, – а я, что говорил? Здорово же ты запудрил мозги сестре! – подумал Юрий и сжал кулаки.

– Ну, что с кажешь, мама?

– Кто прав? Не я ли говорил, что Женьке доверять нельзя! Но ты и слушать не хотела, и утверждала, что я не невзлюбил его! А сегодня уже, ты почувствовала неприятные минуты, но это только начало твоим тревогам!

Матрена открыла рот, но из него не вылетело ни слова.