Се ля ви

Прикрывая свою физическую убогость, они ставят на первое место красоту внутреннюю. Да собственно, что им остается делать в подобных случаях?

Телесная красота – это Божий дар, как впрочем, и талант, как божественное благословение.

У каждого человека, кем бы он ни был, живет надежда стать красивее, совершеннее. Однако, не вправе обижаться на Бога, не наградившего его телесной красотой.

В таких случаях, люди, обделенные Божественным даром, самолично принимаются за исправление своего природного несовершенства.

Чтобы хоть как-то отвлечься от недоступной ему красавицы, Платонов, будучи еще студентом, нагрузил себя работой. Нет худа без добра. Его душевные страдания были вознаграждены даром талантливого зодчего, талантом создавать великолепные, архитектурные проекты, которыми ныне восхищаются не только коллеги его родного бюро, но и вся Россия.

Старинный Новгород – колыбель русского зодчества оценил его талант архитектора по высшему баллу. Платонов заслуженно получил наивысшую оценку своему проекту.

Надо полагать, в этом ему немало помогла любовь к прекрасной, хотя и недоступной для него бывшей сокурснице. Весь свой поэтический дар вложил он, в созданный им великолепный проект, заслуженно оцененный Россией.

Вот сейчас откроется дверь, и на пороге предстанет та, о которой он грезил долгие годы, нося ее образ в своем несчастном сердце. Та, которая заслонила собой белый свет, лишив его возможности устроить личную жизнь. Юрий так и оставался холостым, в то время, как его неугомонный друг Марат успел заиметь целый ряд законных жен не считая попутчиц. Для Юрия подобное – кощунство. Такая уж у него «харизма».

* * *

«Боже! Неужели эта та самая Кира, о которой я страдал долгие десять лет?» – не веря самому себе, думал Юрий, наблюдая за молодой женщиной, сквозь прикрытые веки, как та прихорашивается перед зеркалом.

Кира, расчесывая свои чудные волосы, что-то рассказывала ему, время от времени, поворачиваясь в его стону своим прекрасным профилем.

Неужели наяву он слышит ее чарующий голос?

Он любовался ею, не смея оторвать от нее восхищенного взгляда.