Как я как бы забеременела (сборник)

Я только вчера узнал об истинной причине с тасканием трупов. Ну, в смысле гаража. Поначалу думал, что пацаны просто прикалываются.

– Слушай, Митя, а как ты думаешь, стоит мне об этом заявлять в полицию?

– Нет, ну ты и даёшь! Да кто тебе поверит, что у тебя дома валялись трупы?! Чем ты докажешь? Трупов нет и дела нет.

– Это точно, – согласилась с ним соседка. – Мне и Гречкин не поверил.

Вскорости после всех этих происшествий, Митяй бросил пить, устроится в полицию водителем. Приобрёл модный прикид, а восьмого Марта, с веточками мимозы и коробкой с тортом постучал в дверь своей соседки.

А Тарелка, по паспорту Тария, вдруг обнаружила в себе детективные способности, оставила прежнюю работу и перешла работать в детективное агентство.

Соперницы

Яков Семёнович Тарелкин, владелец какой-то конторы, что сделала из него «миллионера», доживший до шестидесяти восьми лет, оставался неженатым, естественным путём перейдя в разряд устойчивых холостяков – не путать со статусом бобыля.

Не сказать, что мужик имел отвратительную внешность, от слова «отвращать», напротив, временами, несмотря на приличную, рано поселившуюся на темени плешь, внушал определённую симпатию дамам, имевшим тайные помыслы заманить непокорного в стойло Гименеевых лабиринтов.

Однако потуги прелестниц оставались втуне. Жил Яков Семёнович в высотном доме, в престижном районе города, в приличной, даже можно сказать шикарной по нынешним временам четырёхкомнатной квартире, не считая подсобно-хозяйственных закоулков.

Домашнее хозяйство Тарелкина вела дальняя родственница, где-то его ровесница, с простым русским именем Василиса, вывезенная им из родной деревни Пески, намертво прихлопнутой реформами родного государства. Женщина по всем статьям соответствовала запросам Якова как помощница: не лезла с советами, никогда не высказывала своего мнения, пока её не спросят, была хорошей кухаркой и чистоплотной хозяйкой.

По утрам на столе Якова всегда ожидал горячий завтрак, в прихожей сухая, в любую погоду, вычищенная обувь, опрятная одежда по сезону, и привычный, немного потёртый по углам портфель добротной кожи.

Всё было тихо и спокойно до тех пор, пока их сосед – участник Великой Отечественной – не надумал переселиться на почётную «Аллею ветеранов» местного погоста.