Гостья с сюрпризом

Освеженная ветерком и успокоенная, она легла в постель и проспала как убитая до самого утра. Трюфель безмятежно сопел под ее боком.

Утром Цила напоила Юля отваром и убежала на ярмарку. Девушка продавала овощи, которые привозили ей родители, фермеры из пригорода. Денег едва хватало, чтобы прокормить себя и дядю, а еще поддерживать в сносном виде дом, наследство отца, от которого Цила с удовольствием отказалась бы.

Однако по закону она не могла ни продать дом, ни жить в каком-либо другом месте. Подарки драков считались священными и обмену и возврату не подлежали.

Юля твердо решила хоть как-то помогать Циле, а еще рассказать все без утайки и попроситься пожить, пока ситуация не прояснится.

Каждой утро Цила мыла приготовленные на продажу овощи. Эту обязанность Юля с готовностью взяла на себя, несмотря на протесты юной зеленщицы. Еще и придумала заворачивать пучки зелени в вощеную бумагу, перевязывать их бечевкой и украшать бордово-красными листьями ароматной травы, похожей на орегано.

В первый же день, вернувшись с рынка, Цила с воодушевлением рассказала, что зелень стали покупать гораздо лучше.

Горожане, которые в честь Дней Урожая готовили много овощных блюд, выстраивались в очередь. Это вдохновило Юлю на поиски новых маркетинговых решений. В конце концов, в этом она когда-то была специалистом.

Откладывать разговор было нельзя: Юля заметила, что у нее изменился цвет глаз. Из ярко-голубых они стали золотисто-зелеными. Форма лица сделалась мягче, брови изогнулись резкой дугой, подбородок округлился.

Юля по-прежнему была красива, но более простой, непритязательной красотой – из-под черт девушки из фьорда проступали черты самой Юли. И Цила тоже это заметила.

Однако это были не все изменения: по утрам Юлю начала беспокоить странная тошнота. Один раз она едва успела добежать до помойного ведра и извергла весь завтрак. Тяжелая какая-то адаптация, думала Юля. Еще и грудь ноет.

Цила наблюдала за ней с непонятным, задумчивым выражением. Дольше тянуть было нельзя. Одним особенно теплым вечером Юля отвела зеленщицу в беседку.

Она не знала, как далеко простираются магические способности Эймета и не умеет ли он подслушивать. Увечный драк и так выводил из себя своими выходками, а в последние дни совсем разбушевался, упрекая племянницу в том, что она привечает какую-то девку и не уделяет достаточно внимания родному дяде.

В беседке было тихо, крики драка сюда не долетали.

– Цила, – ласково сказала Юля, – моя дорогая девочка.