До седьмого колена. Семейный детектив

И Ваня ушел, оставив отца одного.

– И поищу, – бормотал Сергей, – может, и найду чего важного. Папа, папа, проще нельзя было жить и умереть? Вся жизнь – недомолвки.

И не спали и в квартире на Невском. Владимир ходил по просторной гостиной, размахивая руками.

– Тайный счёт у них, понимаешь ли. А когда мне были нужны деньги на бизнес, то отец молчал, не дал ни копейки.

– Вова, уймись. Чего тебе не хватает.

– Думаешь, что такая скотина, что матери помогать не буду?

– Ты Аглае помогал, теперь маме будешь.

– Аглая – это другое. Она беззащитная и очень старая. Если она могла бы сама хоть копейку заработать – не помогал бы. Она особенная. Дочерям тоже самим надо научиться жить, они должны…

– Кому они должны? Это же девочки. Лучше вспомни, что там Жора орал что отравление. Как в августе Григорий Прокопьевича про наследство сказал, так я за всеми наблюдаю. Кто-то мог и помочь отцу на тот свет отправится.

– Не смей даже намекать.

– Я не о твоей беспорядочной семье. Там ещё Василина есть. Отец что-то о ней знал, про какого-то сына. Она и могла. Вскрытия не было.

– Василина? Ну, ей лет тридцать было, или чуть меньше, когда она к нам попала. Помню, что напуганная была, но очень работящая. Отец её ценил, уважал. Иногда так и говорил, что кроме Василины никто добрых дел не делает. Но с мамой они сначала не ладили, а вот с тёткой дружили всегда. Ей-то что, она не наследница.

– Хорошо, допустим не Василина. А Жорик, а Ваня? Они-то наследники. Ваня хочет от родителей сбежать скорей, ему уже двадцать два года, а про Жорика и так всё ясно.

– Ване он мог сказать про счёт, но Жоре точно нет.

– Подслушать мог. В воскресенье там Ваня был, и братец твой младший. Считай, что кроме старушек они последние его живым видели.

В гостиную вошла рыжеволосая Катя: – Родители, вы что тут делите, уж не дедово наследство? Мы с ним осенью болтали, и он сказал, что после себя оставит пустоту.

– Катя, все отцы недовольны своими детьми, – явно огорчился Владимир. – И я вами недоволен, и вы моими делами не интересуетесь.

– И я о том же. У таких, как наш дед, деньги не главное. Он смыслы искал, человечество спасал.

– Однако не бедствовал, – вставила фразу Маргарита.

– Мам, но и тебе не на что жаловаться.