До седьмого колена. Семейный детектив

Мама, может, ты поднимешься?

– Да, я схожу, но скорее всего Василина ударилась обо что-то, устала очень.

Но Василина уже спускалась вниз по ступенькам сама. Держась за сердце, домработница присела на стул.

– Василина, очнись, не пугай нас. Что у тебя там случилось?

– Он вернулся.

– Сдвинулась, – Жорик сходил на кухню и вышел оттуда со стаканом коньяка. Но пить не стал, а протянул его Василине. – Говори уже. Не надо было руками махать.

– Я к себе зашла, а он сидит на моей кровати, – осевшим голосом прошептала Василина.

– Кто он?

– Сын мой.

Жорик нервно хихикнул, и в третий раз получил от матери хлопок по спине.

– Василина, я люблю всё мистическое только в кино или книгах. Гриша не зря говорил, что у тебя ребёнок есть? Расскажи куда исчез, умер? – Елена Александровна сама испугалась своих слов. – Как может сидеть в комнате привидение? Георгий, ну поднимись, пожалуйста, посмотри.

– Мама, я нервный человек.

– Не надо никому никуда ходить, – вмешалась Аглая.

– Прости, – Жорик поклонился Василине.

– Ох, да ничего. Ничего. Проводи Елену Александровну в спальню, она засыпает на ходу.

Как только Жорик вывел мать, Василина быстро поднялась со стула: – Ну как, убедительно?

– Думаю, они поверили. Но ты так закричала, что и я испугалась. Теперь навряд ли он о твоём сыне вспомнит, после такого концерта.

Глава 6.

В трёхкомнатной квартире семьи Сергея вечер ещё не закончился. Достаток в его семье присутствовал всегда, а эту квартиру, купленную после продажи квартиры Григория Прокопьевича, Зина превратила в уютное семейное гнездо. Будучи женщиной расчётливой и хозяйственной, Зине в жизни пригодилось и бухгалтерское образование, и трудолюбивый муж. Привыкнув, что в их семье деньги не тратятся на ненужные мелочи, Сергей и не мечтал о роскоши, но в отпуска с женой они ездили ежегодно.

Зина решила родить второго ребёнка сознательно, к окончанию Ваней университета. Оставалась одна нерешённая ею задача – переселить Ивана в свою квартиру. Но квартиры стоили дорого, накопить такую сумму у неё не получалось. Сердится на мужа за его порядочность, не имело смысла – воровать он не умел. Она понимала, что Григорий Прокопьевич накопил что-то за годы перестройки. Но сколько? Мучило её это так, что она не могла скрывать.