Время комаров. Иронический женский детектив

Сын у него был один, и он женился на русской девушке. Никто моих родителей не заставлял, они сами поехали на стройку в Сибирь. Дед был сильно верующим, а родители с советскими идеями. Бабушка умерла рано, а дед уехал в Турцию. Больше у него детей не было, муфтием стал.

– Пока понятно, только ты сядь и спокойно говори, а то у меня голова начала болеть.

– Деньги у меня на счету, сумму тебе лучше не знать. Домик в Крыму перестрою, оставлю одну старую стену, как память.

– Как в сказке, ей Богу. – Полина выпрямилась и взглянула прямо в большие, чуть выпуклые светло коричневые глаза Валентины.

– И я так думала, пока этот парень не начал вокруг меня ходить. Даже к Ваське заходил поболтать. Хорошо, что я Васю предупредила, чтобы он был начеку и меня охранял. Не бесплатно, конечно. Ему так нравится его роль, что он почти не пьёт. Когда он петь перестал, то я, грешным делом подумала, что этот проходимец Васю убил.

– Врать ты горазда, Валентина. Актриса в тебе умерла драматическая. Вся предыдущая версия коту под хвост, теперь новая. И как тебе верить? Понятно, что тебе страшно. Боишься, что ограбят?

– Не понимаю, кто мог узнать? Я никому кроме тебя не рассказывала, даже Вася не знает, думает, что охотятся за одинокой пенсионеркой.

– Как они тебя ограбят, если ты со счёта деньги не сняла? В кино бы кого-то в заложники взяли, и ты бы всё отдала. А у тебя некого в заложники брать, за Васю ты не заплатишь.

– Только пенсионная.

– Хорошо, предположим парня кто-то нанял, но зачем его убивать? Или авария случайная? Тогда почему джип уехал, знает же, что найдут.

Полина не заметила, как начала рассуждать вслух, зато Валентина побледнела, и вся её спесь мгновенно сошла.

– Кого убить, я не пойму?

– Того, кто в красной футболке. А ты что, не слышала ещё об аварии рядом с моим домом?

– О, за что мне это!?

– Не голоси, отдай всё сыну и живи спокойно.

Но обладательница наследства опять презрительно посмотрела на гостью и удалилась в кухню. В квартире запахло валокордином, и Полине стало жалко пожилую женщину. Осуждать легче, чем оправдываться, и Поля решила помириться.

– Как ты живёшь, Валя.