Мир Дженнифер

Тем временем главный врач внимательно изучал Платона, вероятно, ему было очень интересно узнать, кто такой этот таинственный гость, который каким-то случайным (а возможно, и сверхъестественным) образом проник в их спокойный оранжевый мир – обитель песков, острых камней и трудовых будней.

– Извините, Платон Викторович, за это. – Врач указал на его голову. – Пришлось, понимаете?

Платон кивком ответил – мол, ничего страшного, понимаю.

– Отлично! – оживился врач. – Могу ли я теперь задать вам главный личный вопрос? – На слове «личный» Казимир понизил голос.

– Я думаю, можете, – интеллигентно ответил Платон.

– Вас заставили?

– Что именно? – Платон вопросительно посмотрел на этого огромного человека.

– Бежать с Ахметовым – заставили? Они заставили вас? Скажите прямо.

– Кто они? – переспросил Платон.

– Те, кто помог Ахметову скрыться! – спокойно пояснил врач. – Вы же понимаете, что сам бы он не смог?

Платон подумал, как правильно ответить, чтобы как можно больше смягчить последствия.

– Да.

– Да – понимаете или да – заставили?

– Да – заставили. – Платон хотел сначала сказать, что понимает, но почему-то передумал в самый последний момент.

– Мы так и поняли! – воскликнул Казимир, хлопнув себя по громадной коленке, и с радостью посмотрел на Горана, который с каменным лицом стоял по правую руку от Платона. – Это же очевидно! И это, – Казимир выдохнул, – меняет все ваше дело в корне, Платон Викторович!

Платон попытался изобразить радость на лице, но, как он правильно подозревал, радости на его лице было не больше, чем ее можно было бы найти в детском раковом корпусе.

– Ахметов – это большая угроза! Это серьезный криминальный элемент! Он мог вас использовать. Даже убить мог! – воскликнул Казимир.

Платон рассудительно слушал и тем не менее прекрасно понимал, что начал играть в игру, правил которой он не знал.

– Платон Викторович, а теперь расскажите, как они вас завербовали. Это случилось в резервации?

Платон понял, что из всего сказанного и пережитого следует несколько вполне логичных заключений. Во-первых, есть некое сопротивление (по всей видимости, струверов, или неизменившихся, к нуврам, или изменившимся), которое, как можно предположить, возглавляет его бывшая девушка Катя, или Мама.