Побег из Содома

– Ой, Вер, не долби, пожалуйста! Давай не при ней! И не сейчас… – отрезала Надя и демонстративно занялась своим рюкзаком.

– Господи, что же мы делаем! – внезапно ужаснулся Папа, садясь на стул. – А может, как-то выкрутимся, ну я не знаю, денег займём… – засомневался он.

– И кто нам в долг даст? Соседи-алкоголики?! – вспыхнула Вера в ответ.

– Банк даст, – опустив голову, неуверенно ответил Папа.

– Пап! Опять двадцать пять! Ты же прекрасно знаешь, какие там для нас проценты, – напомнила ему Вера.

 – И не забывай, Несогласные банкротятся совсем не так, как граждане или, тем более, Привилегированные.

– Суд всегда индивидуально решает, – возразил Папа, но как-то совсем неуверенно.

– Папа, ну, правда, чего опять начинать-то! – обернулась к нему Надя. – Мы уже сто раз всё пересчитывали. Две лицензии на домашнее образование тебе одному не потянуть. А если Любочка не пойдёт в государственную школу, суд отправит её прямиком в приёмную семью. А уже оттуда – в школу.

Со всеми вытекающими. Будет там изучать «Историю дискриминации» и «Гендерное просвещение»! – вздохнула она.

– Да… Триста лет назад люди платили, чтобы их детей учили в школе, а сейчас платят, чтобы их не трогали! – возмущалась Надя, складывая китель с эмблемой Академии.

– Да мы одну-то лицензию с трудом оплачивали, – отозвалась Вера.

– Вера, не надо жаловаться. На нормальную еду без ГМО и на коммуналку хватало, и слава Богу. А то, что ты шмотку новую не можешь себе позволить, – не переживай.

Общество равных возможностей об этом позаботилось. В модных вещах ты только дома ходить можешь. А хочешь на улицу – изволь надеть синий комбинезончик! Крест прилагается бесплатно!

– Жёлтый крест – лучший аксессуар! – усмехнулась Вера.

– Верочка, я ношу с гордостью, – огрызнулась Надя.

– С гордостью? А сколько раз тебя за него били? Гордая ты моя! – поддела её Вера.

– Ни тебя, ни меня ни разу не били по-настоящему, так, чтобы на карачках домой приползла и кровью харкала, – продолжала злиться Надя.

– А месяц назад кто с фингалом на пол-лица пришёл? Забыла? – не унималась Вера.

– Сто пятьдесят лет назад за это расстреливали, а ты говоришь – синяк под глазом.

Надя отвернулась к рюкзаку, давая понять, что разговор окончен.

– Так, девочки! Я понимаю, что вы нервничаете, – вмешался Папа. – Всем нам сейчас тяжело, так что давайте заканчивайте со сборами – и спать.