Древний элемент

Но и сидеть сложа руки нельзя! Думаю, стоит заслать туда шпионов под видом таких же бедных и обездоленных, чтобы они вскрыли всю подноготную культа этого нового бога. Ведь если станет известно, что последователи Ваала занимаются вовсе не покровительством бедным, а другими, противоправными вещами, это оттолкнет от них многих сочувствующих и развяжет нам руки. Тогда уже с ними можно будет что угодно делать.

– А! Я не думаю, что все это как-то кардинально повлияет на ситуацию, – раздраженно махнул рукой король.

– Хотите теперь натравить на них священников Солнца? – поинтересовался лорд Балдуин.

– Очень хочу! – во весь голос подтвердил Карл-Рэйка, отрываясь от бокала с вином.

– А может, стоит все-таки кого-то внедрить в эту секту и подождать, пока агенты не нароют чего-нибудь интересного? Тогда такие резкие действия не будут восприниматься в штыки со стороны тех, кто симпатизирует новому богу, но еще не готов его защищать от слуг вашего величества и Солнца, – продолжал гнуть свою линию Балдуин.

Король хотел было что-то ответить, но мелодичная музыка сменилась более ритмичной и динамичной, и гости радостно повставали из-за столов и пустились в пляс. Кэнтон, уже успевший заскучать и от разговора о всяких новых и старых богах, протянул руку принцессе Анне, приглашая ее потанцевать.

Танцы солнцепоклонников были не такие, как танцы магов. Люди объединились в огромный хоровод и просто начали бегать по кругу туда-сюда. Никакого особого мастерства и грации для этого не требовалось, но зато это было безумно весело! Кэнтон сразу же приободрился и раскраснелся от невероятно простой, но бешеной пляски.

А после танцев гостям даже не дали отдышаться, сразу же подали вторую перемену главных блюд, которая включала в себя запеченных оленей, кабанов и лебедей.

Народ в зале явно уже был сыт на неделю вперед, но все яства каким-то магическим образом все равно таяли буквально на глазах. Для некоторых уважаемых особ пир уже был окончен по причине изобилия вина. Те же, кто еще был в состоянии продолжать застолье, ели, наверное, уже ради приличия, нежели из-за чувства голода.