Вероломное вторжение

В течение нескольких часов Лысаков подвергался различным испытаниям: дышал в специальный прибор, сдавал кровь, приседал, бегал на месте, подтягивался… На третьем часу он взмолился:

– Хватит! Не могу я больше!

Один из врачей рассмеялся:

– Наконец-то! Вы, кстати, рекордсмен: только Георгий Ершов выдержал почти два часа, остальные сдались еще раньше.

– Так… я мог сам… в любой момент?.. – недоверчиво поинтересовался Сергей, приводя дыхание в порядок.

– Да, могли. Но нам самим стало интересно, когда вы сойдете с дистанции.

Сергей что-то прошептал и сел на пол, по-прежнему пыхтя как паровоз. Врач тем временем кому-то позвонил:

– Забирайте вашего кандидата. Годен. Вечером оформлю официально.

Забирать Лысакова явился Терешин.

– Как он справился? – спросил он у медиков.

– Передай Жоре, что его рекорд побит на двадцать минут.

Терешин с удивлением и восхищением одновременно посмотрел на Сергея:

– Лихо! Так тебя хоть сейчас в космос?

– Вряд ли, – помотал головой Сергей.

Снова коридоры, снова лифт, снова кабинет Якутова.

– Ну, как? – поинтересовался руководитель, по-прежнему занятый бумажной работой.

– Здоров как бык! – радостно оповестил начальника Юрий. – Даже рекорд установил.

– Отлично. Итак, Сергей Вадимович, с этого момента вы член нашего дружного коллектива, пропуск и остальные документы вам в конце дня выдадут. Теперь ваша очередь на взаимность: слушаться меня во всем и четко следовать своду правил.

Терешин подмигнул Лысакову.

– Сделаем в лучшем виде. Пошли, студент, будем из тебя человека делать!

* * *

Подготовка к предстоящему походу во времени проходила совсем не так, как Сергей себе представлял: вместо того чтобы предложить сесть за тренажеры или изучать принцип работы машины времени, Терешин потащил его постигать азы личной безопасности.

– Прежде чем телепортироваться в прошлое, нужно хорошенько подготовиться, например, научиться оказывать медицинскую помощь хотя бы самому себе. И не спорь!

Спорить Сергей не стал: раз надо – значит, надо. Специалистам виднее.

Обучать Сергея выживанию, в крайнем случае – умению самолечения, определили молодого человека по имени Владимир, чуть старше самого Лысакова.