Война демонов

Невысокий Довгуш хмыкнул и покачал головой:

– Ты, Паркун, видать, недолго в подземелье-то. Здоровые, они раньше других кончаются. Это мы с тобой, как мышки малые, нам зернышко брось – мы и сыты, лоскутком укрой – мы и согреты. А этакому верзиле без хорошего куска мяса и недели не протянуть.

Лязгнул железный засов, и дубовая дверь распахнулась. В подземелье, пригнувшись, чтобы не расшибить головы о притолоку, вошли трое охоронцев.

– Который тут урод?! – рявкнул один из них.

– Да вон он, – кивнул на Бычеголова Паркун.

Охоронцы подошли к нелюдю, подхватили его под мышки и потащили к выходу.

– Куда вы его? – спросил Довгуш.

– На кудыкину гору, – мрачно ответил охоронец и захлопнул дверь.

* * *

– А ну-ка, Драный, вжарь ему еще десяточек!

Драный был кат опытный, бил толково, с оттяжкой. На десятом ударе сморился и вытер потное лицо тряпкой.

– Уф-ф… Умаялся совсем. Здоровый бык. Такого плетью не перешибешь.

Бычеголов висел на дубовых подлокотках, не произнося ни слова.

– Слышь, нелюдь! – окликнул его княжий дознаватель.

Кат прищурил раскосые глаза, оглядел изорванную в клочья спину Бычеголова и небрежно осведомился:

– Что, ежель ему спину водкой взбрызнуть?

– Водкой? – Дознаватель хмыкнул. – Жирновато будет. Водка – продукт дорогой.

– Зато развлечемся. Говорю тебе – весело будет.

– Это ты так говоришь, потому что водка моя. А была бы твоя, только б я ее и видел.

Драный хохотнул:

– Верно. У меня б не застоялась.

Спина Бычеголова была сплошь иссечена железным оконечником плети. Под ногами у нелюдя набралась целая лужица вязкой, темной крови.

– Кровь-то его собери, – сказал дознаватель, – зря же пропадет.

Кат взял со стола специальную, вбористую, как губка, тряпицу, нагнулся и тщательно промокнул кровь Бычеголова. Затем выпрямился и выжал кровь из тряпицы в глиняную кубышку.

– Ну вот! – засмеялся дознаватель.

Драный внимательно посмотрел на дознавателя, облизнул губы толстым языком и мрачно проговорил:

– А я, слышь, у барыг-то не покупаю. Я княжьи указы чту.

Дознаватель согнал улыбку с лица.

– Я тоже, – дрогнувшим голосом произнес. – А это я только так… шутки ради сказал.

– Шутки? – Кат прищурил глаза. – Гляди, дошутишься.

Дознаватель слегка побледнел.