Таинственный жених

Ты хлеб купила?

– Конечно. В пакете на кухне.

– Тогда сделай себе бутерброд. Если что – я у себя в комнате. Поваляюсь немного перед теликом.

– Я сделаю два бутерброда, – сказала Викуся. – И мы поваляемся вместе.

Маша улыбнулась, нагнулась к дочери и чмокнула ее в курносый нос.

Час спустя, когда Викуся и Маша, доедая по третьему бутерброду, валялись на диване перед телевизором, наблюдая за трагическим переплетением судеб героев «Аббатства Даунтон», у Маши зазвонил мобильник.

– Нажми на паузу! – распорядилась Маша и потянулась к тумбочке за мобильником.

Викуся схватила пульт и остановила фильм.

– Да, Женюра, это я… – сказала Маша в трубку. – И тебе тоже… Что?… Подработка? – Маша даже привстала на диване. – Конечно, нужна! А что…

Маша замолчала, слушая слова подруги.

– Что там? – с любопытством спросила Викуся.

Но Маша сделала ей страшные глаза и поднесла палец к губам – дескать, погоди, не перебивай. Несколько секунд она слушала, а затем сказала в трубку:

– Женька, ты моя спасительница!.

– Куда меня взять? – с любопытством спросила Викуся.

Маша снова сверкнула на нее глазами – не мешай! И сказала в трубку:

– Отлично! Женюр, еще раз огромное тебе спасибо! Пусть тебе Бог пошлет любовника-олигарха!.. Да. А если мне, я тоже не откажусь.

Маша убрала трубку от уха.

– Ну? – нетерпеливо спросила Викуся. – Что там? Что она тебе предложила? Куда меня «брать»?

Маша посмотрела на дочь посветлевшими глазами и сказала трагическим голосом:

– Женькина знакомая улетела на два месяца в Америку. И ей надо, чтобы кто-нибудь пожил в ее квартире. Поливал цветы, гулял с собачкой. Я сказала, что готова этим заняться.

– Жить в чужой квартире? – Викуся поджала губу. – Надеюсь, это не бесплатно?

– Разумеется.

Викуся оживилась.

– И сколько? – поинтересовалась она.

– Двадцать тысяч. В месяц.

Викуся, наморщив лоб, посчитала в голове и сказала:

– Не бог весть что, но на новые кеды и джинсы мне хватит.

– Ага, щас, – фыркнула Маша. – У нас «коммуналка» за два месяца не плачена. И кормить тебя чем-то надо.

– Ладно, ладно, – смирилась Викуся. – Но в любом случае двадцать косарей – это лучше, чем ничего. Пойду собирать вещи.