Сияние богов

С грибов мысли Смирены сами собой перескочили на молодого парня Деженя, который вот уже две недели повсюду преследовал ее, не давал ей проходу и даже норовил увязаться за нею в лес. Некрасивый был парень, но настойчивый. Смирена вдруг подумала, что ежели он и дальше будет таким настойчивым, то рано или поздно добьется своего. Устыдившись подобных мыслей, Смирена покраснела.

«Он ведь и сейчас может за мной следить, – подумала она. – С этакого станется».

Смирена оглянулась по сторонам, но, ясное дело, никакого Деженя поблизости не увидела.

Отдохнув, Смирена поднялась, чтобы идти домой, да вдруг замерла. Ей показалось, что где-то поблизости шелохнулась ветка. Смирена была не робкого десятка, а потому крепче сжала в руке корзинку и окликнула:

– Эй! Кто там? Эй, кто там ходит? Покажись!

Несколько мгновений ничего не происходило, а потом из-за дерева вышагнула светлая фигура. Смирена прищурила близорукие глаза, надеясь разглядеть фигуру получше, но сгустившиеся сумерки не позволили ей этого сделать.

– Дежень, это ты?

– Да… – донесся тихий ответ.

Смирена облегченно вздохнула.

– Ну, слава Белобогу. А я уж подумала – не душегуб ли какой. Зачем ты за мной увязался, Дежень?

Ответа не последовало. Смирена нахмурилась (ох и настойчивый же парень этот Дежень, ну как на такого не гневаться?).

– Чего увязался? – строго повторила Смирена. – В провожатые набиваешься? А ну – отвечай!

– Да…

Смирена усмехнулась.

– А с чего ты решил, что я возьму тебя в провожатые? Нешто не знаешь, что за мной ухаживает Братша Кривов сын?

Дежень молчал, переминаясь с ноги на ногу.

– Ладно, не бойся, – смилостивилась она. – Хошь провожать, провожай. Но только чтобы не лапал! А то Братше пожалуюсь!

Дежень и на этот раз не шелохнулся.

«Да что же это за мужик такой! – возмутилась Смирена. – Не мужик, а снежный молчун!»

– Ну! – подбодрила нерешительного парня Смирена.

Парень еще немного постоял, явно собираясь с духом, а потом тронулся к Смирене.

Чем ближе он подходил, тем тревожнее делалось лицо Смирены. Проклятая близорукость! На какой-то миг ей показалось, что парень голый, однако она тут же прогнала от себя эту мысль как вздорную.

Сердце ее, однако, забилось чаще. Смирена подняла правую руку к лицу, прижала палец к кончику верхнего века и слегка натянула кожу.