Перстень чернокнижника

– А какие у вас собаки? – спросила она для поддержания разговора.

Валерий качнул головой, словно выходя из задумчивости.

– А? Что?.. Собаки?

– Вы сказали, что кормите икрой собак, – напомнила Женя.

– Ах да. Собаки… Они у меня разные. Доги, доберманы, ризне… ризенштаунцеры. И этот… как его… Ну, такой белый, похож на невыспавшегося медведя…

– Сенбернар?

– Вот-вот, – кивнул Валерий. – И он тоже.

– Где же они все у вас помещаются? – изумилась Женя.

– Ну, как… везде… в комнатах… У меня их много. Из пяти гостиных я специально сделал что-то вроде псарни.

Когда я выхожу с ними гулять, вся Марьина Роща… Ну, то есть вся Тверская на ушах стоит. А недавно, не поверите, завел себе пантеру!

– Зачем?

– Все проклятая зависть. У моего друга… он знаменитый актер… появилась жутко породистая кошка. Ну я и решил его переплюнуть. Купил котенка за двадцать тысяч евро – продавец уверял, что это кошка ориентальной породы. А котенок рос-рос и вырос. Оказалось – пантера. Но я не жалуюсь. – Валерий сентиментально улыбнулся.

 – Я к ней сильно привязался. Даже уснуть без нее не могу. Запрыгнет мне на ноги, свернется клубком и давай мурлыкать…

– Как на ноги? – перебила удивленная Женя. – Она же большая.

– Кто?

– Пантера.

– Какая пантера? Ах пантера… – Валерий кивнул. – Ну да. Я хотел сказать – не на ноги, а в ноги. У меня огромная постель, и места хватает обоим. Давайте присядем и выпьем еще по бокалу?

Они вернулись за столик.

Валерий вновь подозвал официанта и, глядя в меню, деловито распорядился:

– Значит, так.

Принесите нам балык из тихоокеанского осетра. И еще шампанского. Французского, само собой. – Валерий покосился на Женю и с улыбкой добавил: – Моя спутница достойна не просто хорошего, а самого лучшего.

Когда официант ушел, Женя, совсем захмелевшая от шампанского и потерявшая из-за этого природную деликатность, спросила:

– Валера, а почему я никогда не слышала вашу фамилию?

– Вы ее слышали, – не повел и бровью Валерий. – Моя фамилия у всех на слуху. Зайцев, Юдашкин…

– А при чем здесь Зайцев и Юдашкин? – не поняла Женя.

Валерий улыбнулся.

– Так ведь это я, – просто ответил он.

– Как вы? – изумилась Женя.

– А вот так – я. – Валерий скромно потупил взор и объяснил: – Это все мои псевдонимы.

– Но… этого не может быть, – пролепетала сбитая с толку Женя.

– Может, – заверил ее новый знакомый. – Знаете, как поступают в Японии? Там каждый художник раз в двадцать лет меняет фамилию. Ну, чтобы не приелась.