Никто не придет

Глеб еще раз сверился с навигатором. Сомнений не было – разбитая, старая дорога вела именно к Хамовичам.

Что ж… Если другой дороги нет, придется ехать по этой.

Глеб медленно тронул машину с места и свернул на старую дорогу.

Удовольствие от поездки сменилось адом. Впрочем, километра через два дорога более-менее выровнялась, и езда перестала быть похожей на скачки.

Глеб краем глаза заметил какую-то тень, пронесшуюся рядом с машиной. Он повернул голову и посмотрел в том направлении, однако ничего необычного не увидел.

Поле с жухлой, пожелтевшей травой, полоса молодых, полуголых деревьев.

Глеб пожал плечами и отвернулся, снова устремив взгляд на дорогу перед собой, и тут он увидел черную птицу, которая летела впереди – метрах в пятнадцати перед машиной. Казалось, что она просто висит в воздухе, лениво взмахивая крыльями. Птица двигалась с той же скоростью, что и автомобиль, – она не уменьшалась и не увеличивалась, и Глебу это показалось странным. Впрочем, продолжалось это недолго: спустя секунд десять птица (а Глеб уже понял, что это была ворона) взмыла в воздух и скрылась из глаз.

Впереди показалась заправка. Глеб сбросил скорость.

Когда машина остановилась, навстречу ей вышел худой, угрюмый подросток в красной бейсболке.

– Привет! – сказал ему Глеб, выбираясь из салона.

Парень никак не ответил на приветствие.

– Девяносто пятый, полный бак, – распорядился Глеб.

Парень кивнул и принялся за работу. Глеб огляделся. Рядом с заправкой располагалось небольшое кафе с банальным названием «Придорожное».

Глеб решил, что не будет ничего дурного, если после четырех часов езды он не только заправит машину бензином, но и съест кусок пиццы (ну, или что тут у них подают) и запьет его чашкой крепкого горячего кофе (пусть даже растворимого).

На двери кафе висела табличка «Закрыто», но Глеб ее проигнорировал.

В кафе было пусто. Об оконное стекло с монотонным жужжанием билась вялая муха.

– Здравствуйте! – громко сказал Глеб.

– И тебе не хворать, – отозвался ворчливый голос.

Из подсобки вышел толстый старик с такими же голубыми, выпуклыми глазами, как у мальчика с заправки, и в такой же красной бейсболке. Глянул на Корсака недовольным, неприветливым взглядом и пояснил причину своего недовольства:

– Вообще-то мы уже закрыты.

– Да, я видел табличку. Но я подумал, что, может быть, вы согласитесь сделать для меня чашку кофе. Я готов заплатить по тройному тарифу.