Невидимые силы

Красавица-брюнетка протянула руку, и девушка Юля быстро вложила ей в ладонь снятый с груди Инны Львовны кулон. Потом Юля прошла мимо толстяка и шагнула из кабинета. Толстяк заметил кулон и протянул брюнетке пухлую руку.

– Лариса, отдай его мне, – сухо сказал он.

Брюнетка молча сунула кулон в свою лакированную сумочку. Толстяк нахмурился.

– Не шути со мной, Лариса! – он по-прежнему держал руку протянутой. – Отдай кулон!

Темные глаза красавицы слегка сузились, а губы изогнулись в улыбку.

– Пусть он пока побудет у меня, – сказала брюнетка.

Брови толстяка экстрасенса удивленно приподнялись.

– Что? – произнес он таким голосом, словно не поверил своим ушам.

– Я договаривалась лично с Келлером, – заметила красавица, – поэтому кулон отдам только ему – из рук в руки.

Несколько секунд толстяк молчал, глядя на красавицу брюнетку так, словно собирался испепелить ее, потом опустил пухлую руку и зловеще проговорил:

– Что ж, пусть будет по-твоему. Но если вздумаешь обмануть нас – тебе конец.

– Я знаю, – кивнула брюнетка. – Я не разочарую Игоря Михайловича.

Толстяк бросил взгляд на труп Инны Львовны и коротко подытожил:

– Все, пора уходить.

– Мы идем к Келлеру? – спросила брюнетка.

Толстяк усмехнулся:

– Сперва заскочим куда-нибудь перекусить. Я сегодня не успел позавтракать и подыхаю с голоду.

2

Суетно стало жить на свете. С каждым годом Москва делается все более неуютной. Если так пойдет дальше, скоро в столице не сохранится ни одного места, где можно глотнуть относительно свежего воздуха и размять ноги, не рискуя попасть под машину или быть растоптанным толпой прохожих.

Рыжеволосый официант вспомнил свой маленький городок, из которого уехал «покорять Москву» пять лет назад, и вздохнул. Понадобилось целых пять лет, чтобы понять: Москву невозможно покорить. Это она покоряет каждого, кто попадается в ее паучьи сети. При мысли о «паучьих сетях» рыжий официант представил себе схему московского метро и усмехнулся – она и впрямь здорово походила на паутину.

Кусочки льда мелодично стукнулись о дно широкого стакана. Рыжий официант посмотрел, как бармен заливает лед янтарной струей шотландского виски, снова вздохнул и перевел взгляд на зал ресторана.

Его занимал странный посетитель, сидящий за столиком у окна. Рыжий официант щелкнул пальцами, привлекая внимание бармена, и сказал:

– Глянь-ка на того типа.

Это был долговязый мужчина в старом застиранном свитере.