Кольцо викинга

Автомобиль выскочил на широкую дорогу и понесся по ней, набирая скорость.

– Ушли! – выдохнул Иван, сидя рядом с Волчком и глядя на проносящиеся мимо витрины магазинов и неоновые вывески ресторанов.

– Сколько мы взяли? – спросил кореец Пак.

Гинца порылся в сумке и сообщил с довольным видом:

– Около пятисот кусков.

– Долларов? – спросил, не оборачиваясь, Егор.

Гинца у него за спиной ухмыльнулся.

– Долларов, брат. Конечно, долларов.

– Пятьсот тысяч – хорошая сумма, – сказал бармен Иван. – И главное – ни в одной ориентировке наши рожи не засветятся, и никто этих денег не хватится.

– Кроме бандюков, – негромко возразил Пак. – Эти будут рыть носами землю.

– Пусть роют, – проговорил Гинца. – Сами же в нее и лягут. Эй, водила… Как тебя там?

– Егор, – отозвался Волчок.

– А ты молодец, хорошо водишь. Какого года выбраковка, мерцающий?

– Нынешнего, – ответил Егор, не задумываясь.

– Нынешнего? – Волчок увидел в зеркальце, как Гинца озадаченно нахмурился. – Выходит, проект не свернули? А я слышал, за генералов и гэбню серьезно взялись.

Несколько секунд Гинца молчал, с хмурым видом обдумывая слова Волчка, потом снова улыбнулся и легонько хлопнул его по плечу.

– Не менжуйся, брат. С нами ты в безопасности.

– А как насчет ФСБ? – осторожно спросил Егор. – Эти парни вас не ищут?

Гинца и кривоногий крепыш переглянулись, и на физиономиях их появились холодные усмешки.

– С любым можно договориться, брат, – весело сказал главарь. – И с гэбней, и с чурбанами в генеральских папахах.

– Надеюсь, что так, – сказал Егор.

– Сверни здесь! – приказал Гинца.

Егор свернул в темный переулок.

– Куда мы едем? – спросил он.

– В ангар. Рули вперед, никуда не сворачивая, а возле старой котельной снова поверни направо. Минут через десять будем на месте.

9

В ангаре царил полумрак. Повсюду были навалены огромные ящики. Пахло гнилыми досками и ржавым железом.

– Послушай, Иван…

Егор повернулся к бармену, и тут перед глазами у него вспыхнуло, голову пронзила боль, и он понял, что теряет сознание.

…Очнувшись, Егор обнаружил, что привязан к стулу. Руки его были стянуты за спиной скотчем, ноги – примотаны к ножкам стула. Гинца стоял напротив Егора и смотрел ему в лицо внимательным, спокойным взглядом. Щеки, изрытые оспинками, черные, глубоко посаженные глаза. Вид у главаря был свирепый.