Аугментированный

Может, и здесь заручусь поддержкой, еще и денег сэкономлю.

Шел один бой, потом второй. Третий был интересным, парень с трубой, который мне помог с информацией на лестнице, броском трубы убил человека с пожарным топором.

– Дамы и господа, очередь номер двадцать семь. Загадочный парень в плаще, с мечом за спиной против просящего с куском арматуры.

Подойдя ближе к рингу, я понял, что он окружен стеклом, которое почти незаметно со стороны, но наверняка пуленепробиваемое, вот почему эти куски говна на трибунах так радуются чужим смертям и не беспокоятся за свою жизнь.

Проходя мимо охранника на арену, я остановился и сказал:

– У меня ещё пистолет с собой.

Тот немного замешкался, подумал и ответил:

– Его не объявляли, так что лучше не пользуйся им, могут не засчитать бой, если будет много недовольных. В следующий раз объявим.

– Хорошо, – на самом деле я и подумал о том, что могут быть проблемы, и решил уточнить.

– Встали на кресты! – перекричал наш разговор голос из динамиков.

Я прошел в центр и встал на свое место, парень напротив меня был обозленным или просто старался таким казаться.

– Подняли руки вверх! – мой соперник засунул арматуру за пояс штанов, – руки по швам! Три! Два! Раз! Начали!

Я не знал, что делать, этот мужик не был бойцом, и поэтому я замешкался на секунды и его кусок арматуры врезался мне прямо в лоб, голова дернулась назад, но стабилизаторы с легкостью справились с таким незначительным уроном. Я видел, как он начинает бежать в противоположную сторону, когда понял, что происходит, но моя рука сама сделала, что надо: прошло полсекунды, и брошенная мною катана по самую рукоять вошла в спину просителя.

С одной стороны, мне было его жаль, но с другой – если он готов был меня убить, кто знает, кого он до этого мог убить. Так что я не уверен, что он заслуживает жалости.

– Бооой окончен! Боец двадцать семь, заберите свое оружие и пройдите на свое место. Дамы и господа, сейчас очередной перерыв, но надолго не расходимся, главные бои вечера только начинаются.

Я огляделся по сторонам: сидело всего четверо из моей десятки. И шестеро мне незнакомых людей. Но на другой скамейке, чуть дальше, сидели те, кто еще не выступил, скорее всего, они попадут в следующую десятку.

– Все? Посланник борона Субботы? – спросил я у сидящего рядом огромного мужика со шрамом через все лицо.

– Нет. Я спрашивал. Слишком много сегодня пришло за едой, сейчас нам отберут просящих посильней и с оружием или сами дадут им оружие.