Айса. Незваные гости

Напротив, он как бы невзначай повернулся – сначала налево, потом направо, – словно модель на подиуме.

– Как это произошло? – продолжала интересоваться Виктория.

– Это мрачная, кровавая и… – Туранов задумался. – Несколько мистическая история. Она не стоит вашего внимания. Некоторые вещи лучше не ворошить… Я лучше вот что скажу: так сказать, мораль моей басни. Между своим будущим и своим долгом – всегда нужно выбирать долг. На самом деле выбора нет. Надо просто поступать правильно. Я человека не предал, Петр Степанович, и искалечился – но моги я все перемотать – и поступил бы вновь точно так же…

Туранов застегнул запонку на рукаве, накинул пиджак и погрузился в другой диван – напротив пары.

Пафосно представленная травма и последующая речь наложили на него отпечаток святости и загадочности в глазах Виктории.

– Верность – ценнейшее в наше время качество, – сказал нисколько не впечатленный Немесов, он продолжал методично протирать очки. – Впрочем, оно не так уж и редко встречается, если его подкреплять финансово…

– Спасибо, – важно кивнул Туранов.

 – А теперь я расскажу главное!..

В коридоре сильно зашумело: послышался хлопок дверью, а затем – сердитый мужской голос. Тихое шипение.

Головы гостей крутанулись в сторону от рассказчика.

Туранов ненавидел, когда его прерывали или оттягивали с него внимание – особенно когда он переходил к самому главному. А сейчас он разозлился еще крепче, так как дебоширил наверняка его сын Константин.

Костя не мог прийти незаметно в столь важный для отца день.

Или пошляться, где он обычно шляется в это время, со своим корешем-чеченцем – этим бродячим шелудивым псом… Туранов не раз предупреждал Костю не путаться и не мешаться. Пускай только посмеет влезть и все испортить…

А шипела, естественно, Роза – жена Туранова. Она подслушивала за дверью.

– Простите за шум, это, вероятно, мой сын… – Туранов прочистил горло. – Костя. Он немного нерасторопный… Возраст… Я вас познакомлю позже. Когда Роза приготовит все к чаю.

Немесовы вновь смотрели на него. Отлично.

– Так вот, а теперь главное!..

Когда я был при смерти, я увидел… Как это описать…

Непроглядная тьма. И холод. А на плечах моих лежат руки.

Тяжелые, гигантские, один палец величиной с мое предплечье. Они придавили меня к земле, как подсудимого… Я стоял на коленях. Вот если, допустим, подоходный налог с 13% разом увеличить до 75% – вот так меня и придавили… Или огромный штраф шлепнули – я едва дышал.