Перекресток миров

Слуга, так и не притронувшись к еде, двинулся вслед за герцогом к дверям. Они миновали зал торжеств. Спустились по лестнице в гостевой зал и еще ниже в подвал. Пилт зажег факел, торчащий в раструбе, на стене и, взяв его с собой, освещал дорогу герцогу, двигаясь чуть впереди. Через несколько минут, миновав несколько дверей в маленькие, сырые и темные казематы, люди подошли к пыточной камере. Пилт достал из-за пазухи ключ и свободной рукой отомкнул окованную железом, тяжелую дверь. Она со скрипом открылась. В небольшом помещении горело несколько лампадок, хорошо освещая все вокруг, поэтому Пилт кинул свой факел просто на пол.

В комнате пахло кровью, потом и смертью. С потолка свисали грязные крюки. На небольшом столе в беспорядке были свалены различные орудия пыток со следами запекшейся крови. Рядом, к стене, был прикован толстыми, ржавыми цепями человек, который уже не реагировал ни на что и только по еле вздымающейся груди было заметно, что он все еще жив. Почти вся его одежда была изорвана и пропитана собственной кровью, а тело и лицо представляли собой сплошное кровавое месиво. Мато оглянулся на слугу.

– Как мне кажется, теперь мы вообще мало что сможем от него узнать.

– Извините, господин, мои люди немного перестарались, но как я уже говорил от него мало проку. То, что он смог рассказать мы уже и так знаем от лазутчиков.

Барон кивнул.

– Ладно, убейте его, а тело сожгите, что бы ни осталось, ни каких следов.

– Слушаюсь, мой господин.

Мато развернулся и направился к выходу, но вдруг остановился и подошел к Пилту.

– Я хочу сам.

Слуга сразу понял желание хозяина. Он вытащил из-за пояса большой охотничий нож и рукояткой подал герцогу. Мато взял его и тут же сделал молниеносный выпад рукой, вгоняя клинок, по самую рукоятку, в левую сторону груди жертвы. Так и не вытащив оружие, чтобы не забрызгаться кровью, герцог повернулся лицом к Пилту.

– Сегодня ночью мы сделаем вылазку в Сторожевую Башню. Только ты и я. У меня назначена встреча. Предупреди охрану на южных воротах, но больше никто ни чего не должен знать.

– Будет исполнено.

Мато кивнул и, напевая какую-то игривую песенку, вышел из каземата.

Глава 7

Целые сутки дарканцы простояли лагерем на одном месте. Бальтазар обдумывал сложившееся положение. Отец дал ему не ограниченные полномочия, но ими еще надо было правильно воспользоваться. Хотя все донесения лазутчиков и говорили о том, что Мато предатель, Бальтазар колебался. Нужны были факты, а не догадки.