ZZZZZZZ: Душа короля. Книга 3

А тут еще и Молчун проявил себя: хмыкнув себе что-то под нос, он сделал шаг вперед, а потом резко ударил обезьяна под коленку, заставив того рухнуть на пол под обидные смешки своих же союзников.

– Ты за это ответишь! – обезьян вскочил на ноги, но его оборвал голос Дарса.

– Итак, ваше решение, – наследник Хауссов смотрел на братьев, и ему было плевать на обиды своего подручного.

– Наверно, нам тогда придется драться, – задумчиво сказал Денис. – Я видел, на что ты способен во время той сватки с корром, так что не думай, что я тебя недооцениваю.

Парень начал собирать перед собой Уничтожение Душ, понимая, что только разделяя путь Злодея и создавая неуловимые для вражеской защиты атаки, он сможет хоть как-то противостоять подобным противникам.

«Хорошо хоть, когда я использую Уничтожение на себя, а не против кого-то другого, это не считается преступлением против Небес… А то было бы совсем неприятно», – подумал Денис, но тут Дарс оборвал уже его.

– Ты серьезно собрался драться в Академии? Думаешь, профессора это позволят? – обезьян громогласно хмыкнул.

– Спасибо, – Денис быстро оценил ситуацию.

С одной стороны, тон Дарса сложно было назвать уважительным, да и, если вспоминать, в том бою парень не только спину ему прикрывал… Но с другой стороны, а что еще обезьян мог сказать на глазах у толпы своих союзников? А то, что он придержал Дениса и не дал ему вляпаться в неприятности с сотрудниками Академии – это и вовсе было очень широким жестом.

– Тогда валите, – стоящий рядом с братьями обезьян сделал шаг назад и освободил им дорогу в задние ряды.

– Спасибо, – еще раз повторил Денис, заставляя своих оппонентов расслабиться, а потом нанес удар. – Но, пожалуй, мы останемся здесь. Раз вы сказали, что драться тут нельзя, значит, и нам вы ничего не сделаете.

– Ты прав, – на лице Дарса появилась кривая усмешка, – место на платформе определяется не драками на уроке, а влиянием каждого из учеников… Вы успели встать у края, вы не хотите уходить – силой вас никто не заставит.

Денис сразу понял, о чем говорит Хаусс. У всех остальных, когда они занимали место, которое, по общему мнению, им соответствовало, тут же появлялись столы и стулья.