Утро ворона

Он давил, я отражал его атаки, и уже скоро стало понятно, что я недооценил ту мощь, с которой на меня обрушивались. Нет, Обман пока справлялся – я разрушал Смерть, бил в ответ… Но с каждым таким стыком уровень стихии в организме неуклонно рос, и уже скоро ни я, ни ворон не могли переработать его сами. К счастью, как оказалось, лезвия наших косы и меча прекрасно могли не только рубить врагов, но и отводить излишки энергии. Еще с десяток столкновений, и уже именно для этого мы их в основном и использовали.

Я не знал, кто из нас сломается раньше – я, ворон, его меч или моя коса – а мне нужны были более высокие шансы того, что победа будет за мной. Нужна была новая идея, новая стратегия, новое оружие… Зло как способ атаки, который мог бы повернуть ход боя в мою пользу, тут не подходило. Как это чаще всего и бывало, когда именно враг, а не я, был сильнее… И так я начал готовить еще одну технику с использованием другой моей главной стихии.

Теперь мой Обман не только разрушал потоки Смерти, что стремились стереть меня с лица земли, но еще и создавал копии каждого движения, что Кери-Дон на меня обрушивал. По факту я сейчас копировал ворона внутри себя, с одной стороны, добавляя себе понимания, как именно тот движется, чтобы было проще защищаться, а с другой, складывая из этих лоскутков контуры будущего двойника. Или кадавра, если посмотреть с другого ракурса – я ведь по факту работал сейчас так же, как делал это с мертвыми телами, только вместо плоти на этот раз шли кусочки духа, которые я сам же и создавал.

И вроде бы у меня получалось. Я чувствовал, что с каждой секундой становлюсь все ближе к воплощению двойника лейтенанта Смерти, который благодаря связи со своей основой хоть на мгновение, но должен будет его связать, задержать без движения… И тогда уже я сам смогу нанести смертельный удар! Возможно, даже не один – мой гоблин продолжал крутиться позади, готовясь в любой момент прыгнуть вперед и помочь мне.

Коса и меч в очередной раз столкнулись, и я почувствовал, как дрожь от пропущенной сквозь них стихии ударила в стороны с такой силой, что вибрации пошли не только по полу башни, но и по ее стенам.