Тайный паладин. Ученик ордена

Скрыть свои способности и ничем не рисковать или же спасти жизнь тому, кому нужна помощь, но с очень большой долей вероятности подставиться перед местным хозяином.

– Эй, чужак! – стоило вспомнить про Климба, как тот сразу же показался на горизонте.

При этом парень неожиданно осознал, что за убийцу могут принять и его самого. Неприятное открытие! Или наоборот? Кого могут заподозрить в применении запретной магии – неизвестного никому слугу или же опасного киллера? Особенно, если посмотреть на рану в груди дварфа, в которой даже невооруженным взглядом видно булькающие зеленые пузырьки.

Дикое лечение

Парень прижал руку к дыре, пробитой в стальном панцире на груди стражника, стараясь не думать, как его ладони сейчас касается пузырящаяся зеленая жижа.

– Чужак! – Климб оказался уже почти рядом, глядя на Никиту вращающимися от ярости глазами.

– Там рана, я сдерживаю кровь, – парень, не заметив никаких неожиданных эффектов, которые ему пришлось бы объяснять, выдохнул и попробовал оправдаться.

– Убери руки! – Климб ногой отодвинул Никиту в сторону и, склонившись над своим охранником, громко выругался. – Хаффовы садисты! Оглушили и наложили гниение, чтобы бедняга помучился! Но хотя бы убить не пытались…

Дварф, видимо, задумался о том, кто мог попытаться ему так насолить, а Никита с ужасом смотрел на то, что натворил.

– Черт! – Никита не выдержал и от ужаса вскочил на ноги, когда увидел, как черная плесень на груди дварфа немного пошевелилась.

– Да не бойся ты, – Климб придержал парня за плечо. – Там самые обычные червяки, не обращай на них внимание. Сейчас принесут корень Тата, смажем их, и через неделю Анипс будет как новенький.

– Точно? – Никита не мог отвести взгляд от дела своих рук. Его доведенное до ста процентов эффективности лечение оказалось гораздо опаснее, чем он мог даже представить.

– Да, – Климб уже раздавал приказы десятку набежавших слуг, но все равно ответил на вопрос парня.

После этого Никита окончательно успокоился и, дождавшись, пока раненого унесут в дом и заменят караул на воротах, опять обратился к местному хозяину.