Самый быстрый

И оказалось, что может! Кто-то мелкий – то ли девчонка, то ли ребенок – несется под углом девяносто градусов, словно по стадиону!»

Игиг, тут же подумал я. Впрочем, было бы удивительно, окажись этот таинственный шпион человеком.

«И ты поперся за ним?» – кажется, я начал догадываться, почему Горин внезапно убежал из больницы. Вот только плохо, что он наследил… Его же наверняка кто-то видел – с обычной-то скоростью!

«Пришлось, – кивнул капитан. – Попытался тебя разбудить, и не вышло. Надо же погружаться, вставать под лампу… Так что самым правильным решение оказалось преследование подозреваемого.

«Рассказывай дальше, – сказал я. – Все рассказывай. Много народу тебя видело?»

«Медсестра и охранники, – без тени тревоги или стыда ответил напарник. – Если что, ты к женщине ходил. Они поржали, но зато с тебя, если что, взятки гладки – в любом нормальном обществе это уважительная причина самоволки откуда угодно. Пожурят, может быть, для проформы, но в целом даже уважать больше начнут».

Я почувствовал, что краснею. Горин, управляя моим телом, наплел с три короба, показал меня эдаким ловеласом без мозгов… С другой стороны, это сработало, его в моем теле никто не стал останавливать, и он просто продолжил погоню за шпионом. Кстати, почему его самого никто больше не увидел? Хороший вопрос.

По словам капитана, маленький верткий игиг переполз через бетонный забор и побежал прочь. Но перед этим он как будто бы стал невидимым, во что Горин не поверил и решил, будто тот просто хорошо замаскировался.

Глава 5

Хамид Шавсуддин, вольнонаемный игиг

Геккон давно уже перестал считать загубленные им души. Он привык убивать и делал это без капли сомнения. Он не был силен, а потому избегал открытых схваток, предпочитая действовать тихо. Но сегодня ему не требовалось прерывать очередную жизнь. Ему нужно было лишь заманить. Остальное – дело его заказчиков.

Он с легкостью обошел все охранные системы больницы «Рускосмоса», прошел в паре метров от стражи и еле удержался от провокации. Ему нравилось дразнить обычных людей, он наслаждался их беспомощностью. Вот только сейчас это было лишним. А рисковать просто так Геккон не любил.

Искра позволяла ему сливаться с окружающими предметами. Хамид, как звали его в обычной жизни, открыл это в себе еще в детстве, и сверстники быстро перестали играть с ним в прятки.