Почта Приграничья

Если все, как я думаю, только телячья кровь и подойдет. Да и то ненадолго…

Девочке очень хотелось спросить, о чем же это догадался почтарь, но ее так увлек процесс подготовки к чему-то страшному и опасному, что этот вопрос как появился, так же быстро и вылетел из ее головы. Так что вместо разговоров Настя запустила руку в сумку и, как ее и просили, достала оттуда аккуратно сложенный буроватый лист. В столице хватало бумаги и гораздо лучшего качества, но для ритуалов больше всего подходил именно пергамент.

– Ну… – неуверенно проговорил Олег, глядя на нее, и Настя поняла, что настал ее черед преподать урок. Не все же почтарю ее поучать.

– А сварить чернила? – девочка подняла правую бровь. – Сырая же в разы хуже держится.

– Для этого у нас есть вторая колба, – Олег хлопнул ладонью по столу. – А первая нам пригодится в том случае, если враг окажется умнее и решит напасть на нас раньше, чем мы успеем подготовиться.

– Подстраховка – это разумно, – Настя кивнула.

Открыв первую колбочку, она начала медленно капать кровью на лист пергамента, приговаривая при этом:

– Сила быка входит в пергамент, делая его крепким и создавая основу печати против слуг Велесовых…

Кровь на глазах загустела, превращаясь в некое подобие застывшего сургуча, который используется для запечатывания обычных писем, а Настя уже скручивала над бумагой листья пиона и папоротника, выдавливая из них сок.

– Яд пиона не убивает, но успокаивает, – продолжала читать наговор ведунья. – Сок же, что течет в папоротнике, связывает все воедино и скрепляет печать!

Два последних слова Настя произнесла громче и отчетливее остальных, и лист пергамента на столе потемнел, искрясь при свете лучины темно-рыжими крапинками.

– Готово! – гордо сказала она, с улыбкой посмотрев на почтаря.

– Отлично, – похвалил Олег девочку, прикидывая, сколько часов ушло бы на то же самое у него, учитывая отсутствие ведовского посвящения, ну и его обычные проблемы при работе с высокими материями. – А теперь начинаем готовить чернила под основную печать.