Карты судьбы 4. Слово лорда

 – Если не умрете за десять минут, придет подкрепление. И все будет хорошо.

Все-таки нормальный он демон, зря на него Гарош наговаривал: понимает, что сам нарвался, может быть, даже не рассчитывает выжить, но о том, что отвечает за нас, не забыл. Все-таки в воинах Эйлио есть что-то правильное. И поэтому бросать мы его не будем, иначе шансов пережить этот бой у Ардиена точно не будет. Дело тут даже не в крылатом, который пытается успеть перевести дыхание после схватки с командиром демонов – нет. Уж больно мне не нравится, как Кур-Зиен заходит за спину своему товарищу.

– Мы в деле! Гарош, работаем, как с Кирин-Заром! – ну вот, всего пара слов, зато сколько внимания привлекли.

Ардиен довольно рыкнул, Кур-Зиен выругался и, решив не рисковать своим прикрытием на глазах демонов-строителей (то есть нас), пристроился к нему сбоку, а падший так вообще уставился на нас, наплевав на все приличия. Внешне, как и Кирин-Зар, он тоже походил на енота, и, судя по всему, их с нашим недавним противником связывало не только расовое сходство.

– Это вы ранили учителя? – как же его пробрало. Неужели мне повезет, и он бросится вперед, давая мне возможность себя подловить?

Призвав кровавого голема, я засунул внутрь него руку, незаметно для глаз окружающих закручивая Шитасу. А крылатый и в самом деле не стал стоять на месте: вокруг вскипело просто море силы, прикрывая его от атак наших сопровождающих, и вот он уже почти вплотную. Остается только активировать нашу ловушку.

– Сакрамакс!

– Шитасу!

Шар из пламени звезд врезался в грудь падшему и рассыпался безобидными искрами.

– Неужели вы думали, что такой прием может сработать дважды? Учитель уже все мне рассказал, а вашим жалким способностям первого уровня не пробить мою защиту, – падший говорил, а я чувствовал, как от ног начинает подниматься вверх синее пламя, лишая нас с Гарошем какой-либо возможности двигаться или применять силу.

Убедившись, что мы зафиксированы и не можем двигаться, падший протянул к нам свою пушистую лапку, выращивая на ней огромные стальные когти.

– Твоя душа будет моей! – лапа почти вплотную приблизилась к моей груди, и я провел полную замену с лежащими в стороне остатками своего голема.